Группа учёных во главе с эпидемиологом Байроном Крэйпом нашла ключ к разгадке тайны со странной, неизвестной «болезнью», начавшейся в 2013 году в одном из сёл на севере Казахстана, – рассказывает издание “Русская весна”.

Мистическая история, из-за которой село Калачи оказалось почти безжизненным и сейчас больше напоминает какой-нибудь прифронтовой посёлок на Донбассе, оказалась связана с водой.

В 2013 году о селе Калачи в Акмолинской области Казахстана стало известно далеко за пределами страны. Случилось это из-за того, что среди местных жителей началась эпидемия так называемой сонной болезни, привлекшая внимание учёных и журналистов.

Сельчане внезапно впадали в беспробудный сон на несколько дней, и разбудить их было практически невозможно.

Странные приступы начались у местных жителей ещё в конце 2012 года: люди теряли сознание во время домашних дел, на улице (например, во время рыбалки) или за рулём. Также у заболевших наблюдались головокружения, галлюцинации и даже частичная амнезия.

Когда в небольшом населённом пункте началась странная «сонная болезнь», власти нашли выход в признании села «бесперспективным» и приняли решение переселить оттуда всех жителей.

Однако покинуть родные дома согласились не все, и сегодня населённый пункт по большей части выглядит запустевшим и безжизненным, но кое-где в нём продолжается жизнь.

В октябре 2015 года загадочный недуг прекратился так же внезапно, как и начался.

Группа учёных Назарбаев Университета (Nazarbayev University) во главе с эпидемиологом Байроном Крэйпом занялась исследованием причин болезни, чтобы получить объяснения и подготовиться на случай нового появления недуга.

Группа Крэйпа, в отличие от других экспертов, занялась не просто сбором данных, анализами пострадавших и сведениями о почве, воздухе и воде, но также внимательно пообщалась со всеми жителями Калачей.

«Мы должны слушать людей, слышать их, учиться у них. Бывают очень разумные идеи, к которым просто нужно отнестись серьёзно. Иногда даже мы, опытные учёные, не знаем, что происходит. А люди знают.

Мы действительно опрашивали каждого и задавали кучу вопросов. Всего опросили 202 семьи», — поясняет свой подход глава группы Крейп.

Так стало возможным опровергнуть заключение международной комиссии о том, что причиной «сонной болезни» являлась радиация, и найти разгадку в другом месте.

Помимо этого, по словам Крэйпа, из списка версий возможных причин убрали гипотезы о бактериальном менингите, генетических заболеваниях и угарном газе.

Во время опросов местных жителей учёные выяснили, что все они обеспечивают себя водой из одного источника. У одного из сельчан есть подземный насос, добываемую таким образом воду сельчанин и продаёт всем калачанам.

В то же время для домашних животных воду набирают из реки и выяснилось, что «сонная болезнь» животных не постигала.

Именно поэтому одна из женщин запомнила, как однажды её кошка также беспробудно уснула на долгое время.

«Был один-единственный случай, когда женщина пожаловалась, что ее кошка спала ненормально долго. Угадайте что? Это была домашняя кошка, которая пила воду из того самого насоса», — рассказал эпидемиолог.

Именно эта зацепка натолкнула исследователей на теорию об «отравлении» питьевой воды, которая, в свою очередь, дала ответы почти на все вопросы, возникшие у учёных. Группа из Nazarbayev University приняла решение о необходимости исследования вопроса химического отравления воды.

Предполагается, что наиболее вероятным источником загрязнения могли послужить располагающиеся поблизости заброшенные еще в конце 80-х урановые рудники.

Профессор Крейп отмечает, что в них могли сбрасываться какие-то химические отходы или вещества.

«Я ведь эпидемиолог, я не работаю на химическом заводе, я не работаю на военных заводах, но я пытаюсь спасти жизни. Используя информацию, доступную в Интернете, мы обнаружили, что Павлодар (соседняя с Акмолинской область, — прим. РВ) был одним из мест, где разрабатывались химикаты для других (военных, — прим. РВ) целей. А в чём хранились эти химические вещества? Очень часто… в специальных бочках или баррелях.

Глубоко внизу, где много влаги, нижняя оболочка может начать ржаветь снизу, начать протекать. Химикат просачивается в воду, и если это подземная вода, в конечном итоге, она доходит до людей в селе.

Почему одни засыпают чаще и по несколько раз, а другие реже? Может, одни просто получают большую концентрацию химиката, а другие меньшую?» — озвучивает свои предположения учёный.

Гипотеза о химикатах, попавших в воду, расставила все точки над i. Исследователи выяснили, что предполагаемые химические вещества могут разрушаться при температуре 1 °С, а вспышки «сонной болезни» наблюдались как раз во время холодов и исчезали летом.

В заключение профессор-вирусолог пояснил, что, возможно, за период с 2012 по 2015 годы химикаты, находившиеся в бочках или баррелях, успели полностью просочиться в воду. Однако Крейп акцентировал внимание на том, что это ещё не окончательный ответ, а пока только гипотеза.

«Пока вывод таков: это, вероятно, химическое вещество, которое, скорее всего, попадает к жителям через питьевую воду в разных концентрациях», — подытожил наблюдения и открытия глава исследовательской группы.

Для подтверждения этой гипотезы учёным необходимо спуститься в один из заброшенных урановых рудников, однако для людей такой спуск представляет большую опасность из-за угрозы обрушения старого месторождения. Поэтому специалисты из Школы инженерии Назарбаев Университета предлагают запустить в рудники беспилотник.

Фото: Ермак-инфо.рф