18+

Эта трагедия до сих пор волнует умы людей, многие считают, что вся правда о той катастрофе до сих пор ещё не высказана. Родственники погибших на «Эстонии» добиваются возобновления расследования – они считают, что, возможно, настоящие виновники той гекатомбы до сих пор не понесли наказания.

25-летие гибели «Эстонии» отметили в Таллине довольно скромно. По инициативе объединения Memento Mare, в котором состоят родственники и близкие погибших в крушении, 28 сентября у памятника «Прерванная линия» состоялось поминальное богослужение, а в церкви Яани прошёл мемориальный концерт «Там, где завершается, там и начинается путь». Четвертьвековая годовщина трагедии могла бы минуть почти незамеченной, но ей сопутствовали громкие, даже скандальные обстоятельства.

Корпус парома «Эстония» находится в международных водах и экономической зоне Финляндии. Все эти 25 лет останки судна на дне Балтийского моря тревожили очень редко – но в сентябре 2019-го их навестили. Погружение к корпусу корабля совершила норвежская команда ныряльщиков, снимающая о катастрофе шестисерийный документальный фильм для канала Discovery. «Трагедия оставила несколько вопросов без ответа. Семьи выживших и погибших в течение многих лет борются во имя того, чтобы было проведено новое расследование и получены ответы на вопросы. До сих пор их действия были безуспешными. Надеемся, что сможем предложить новую информацию и пролить исторический свет на эту трагедию для нового поколения», – сообщила медиадиректор телеканала Discovery Norway Ханне МакБрайд.

Детали будущего фильма компания разглашать не может. Тем не менее Ханне МакБрайд рассказала, что для съёмок было задействовано немецкое судно. «На борту находится наша команда, у неё с собой подводный дрон, посредством которого проведено исследование внешней конструкции парома. Эта деятельность противоречива, так как зону вокруг обломков очень быстро объявили местом захоронения. Перед началом этой операции мы провели журналистскую, этическую и правовую оценку. Цель документального сериала – приблизиться к ответам на вопрос о том, что же действительно произошло. Исследования корабля для этого очень важны», – пояснила МакБрайд.

Вскоре после начала подводных съёмок СМИ оповестили, что финские пограничники и береговая охрана обвинили команду судна Fritz Reuter в том, что она потревожила погибших в 1994 году. Когда судно под немецким флагом прибыло в точку, где лежат останки «Эстонии», береговая охрана связалась с Fritz Reuter по радио и попросила «воздержаться от нарушения покоя захоронения». Но несмотря на это, пришельцы спустили в воду робота, а вечером подняли его на борт. Этот факт зафиксировали как с пограничного катера, так и с вертолета, после чего пограничная служба оповестила о случившемся власти Германии. По финским законам, за нарушение покоя захоронения предусматривается денежный штраф или тюремное заключение сроком до года. В настоящее время полиция Финляндии совместно с пограничниками решает: был ли нарушен закон или нет?

В этом году в административный суд Таллина поступило требование вновь открыть дело о гибели парома. Истцы – граждане Швеции Леннарт Берглунд и Лассе Йонсен. Они подали в суд на эстонское государство и настаивают на возобновлении расследования причин катастрофы, унёсшей жизни 852 человек.

Берглунд и Йонсен, чьи родственники оказались в числе погибших, считают, что официальная версия гибели судна зияет «дырами». Леннарт Берглунд поясняет: «Они не изучали “Эстонию”, а только рассматривали документы и интервьюировали некоторых выживших, но не всех. Наша главная претензия заключается в том, что останки судна не задокументированы, поэтому мы не знаем, в каком они состоянии находятся под водой». Все эти годы официальный Таллин категорически отказывался проводить новые погружения к судну – это объяснялось нежеланием «тревожить покой умерших и травмировать их родных». Но иск, поданный шведами, поддержало и эстонское объединение родственников погибших.

Так почему же люди не могут успокоиться уже двадцать пять лет? Чтобы понять это, сначала вспомним общеизвестные факты, никем не подвергаемые сомнению. Судно, в будущем получившее название «Эстония», сошло со стапелей верфи в немецком Папенбурге в 1979 году и предназначалось для перевозки пассажиров и грузов по Балтийскому морю. Паром был весьма крупным – свыше 15,5 тысяч тонн водоизмещения, 157 метров длины. За свою почти пятнадцатилетнюю историю судно несколько раз меняло владельцев, пока в 1993 году не перешло в распоряжение фирмы EstLine A/S – совместного предприятия шведской Nordström & Thulin и эстонской государственной Estonian Shipping Company.

В гибельный для себя рейс паром отправился 27 сентября 1994 года, отвалив от 10-пирса терминала B в порту Таллина – после чего взял курс на Стокгольм. На борту судна находилось 989 человек из 17 государств, в том числе 347 граждан Эстонии. К началу следующих суток паром достиг середины Балтийского моря, он двигался со скоростью в четырнадцать узлов. Усиливавшееся волнение моря не помешало капитану Арво Андрессону уйти из рулевой рубки – спать. Однако вскоре ему пришлось вернуться – после того, как из носовой части корпуса стал доноситься металлический стук. Неприятный звук всё усиливался, разбудив мирно спящих пассажиров. В 01:15 ночи разрушились запорные механизмы поворотного визора – ворот в носу судна, предназначенных для погрузки автомобилей. 55-тонный визор открылся, створки повисли на концах креплений, а потом рухнули в воду. Внутрь корпуса «Эстонии» стала бесконтрольно поступать забортная вода.

В 01:20 по внутреннему радио был передан сигнал «На корабле тревога!» – почему-то лишь на эстонском языке. Судно стало крениться – столь стремительно, что многие пассажиры, особенно старики и женщины с детьми, не успели вовремя выбраться из помещений. Фактически у людей оказалось лишь 10-20 минут на то, чтобы сориентироваться в ситуации.

Естественно, большинство пассажиров, не обладавших никаким опытом поведения в подобных ситуациях, этими минутами не воспользовались. Корабль тонул с поразительной для такого гиганта быстротой. Уже в 01:30 вода стала поступать в жилые палубы, а менее чем через двадцать минут паром почти полностью скрылся под водой. Окончательно «Эстония» пропала с радаров в 01.48. До ближайшей земли – финского острова Утё оставалось 40 км, до побережья Швеции – 100 км.

Те пассажиры и представители экипажа, кто успел покинуть «Эстонию», оказались в бурном море. Удалось спустить на воду несколько спасательных плотов, но места на них достались не всем.

Радисты тонущего лайнера успели подать сигнал бедствия – и к роковой точке на карте устремились вертолёты и несколько оказавшихся поблизости кораблей. Началась операция спасения – причём некоторые пассажиры «Эстонии» от шока и переохлаждения умерли уже после того, как их достали из моря. Всего в катастрофе сгинули 852 человека, в том числе 285 граждан Эстонии. Среди них был, например, известный в этой стране певец Урмас Алендер.

Спасти удалось только 137 человек. Один из выживших – британец Пол Барни позже рассказывал, что смерть казалась ему спасением по сравнению с адом, что творился вокруг. Он всю ночь провёл в ледяной воде на переполненном плоту, где один за другим от переохлаждения теряли жизни его попутчики. Барни специально смотрел в море, чтобы не видеть вокруг себя «суп из полуживых людей».

Спустя без малого двадцать лет капитан-лейтенант финских ВМФ Паси Стафф, руководивший спасательными работами, поведал: «Это были одни из самых сложных часов: когда ты понимаешь, что вместо того, чтобы греть воду, подготавливать сотни коек, сотни одеял… в действительности тебе необходимы сотни гробов. Сложно, когда понимаешь, что вне зависимости от того, что ты делаешь и насколько ты готов выложиться, всё бесполезно – тебе остаётся лишь ждать. И ты ждёшь, ждёшь погибших…» По словам Стаффа, никакой радости от своего спасения выжившие не испытывали. «Не было ни членов семьи, ни супругов, ни друзей, ни коллег, ни… никого. Их близких и не могло быть, поскольку далее вертолет привозил лишь мёртвых – кто не утонул, замёрз насмерть.

Были лишь редкие выжившие и почти все они были молодыми и крепкими эстонскими мужчинами – я не заметил женщин, я не заметил детей.

Вместо этого я помню тело одной беременной женщины, её окостеневшие руки остались в положении для удержания второго ребёнка. Ребёнка, естественно, не было…», – вспоминал Стафф.

Событие, естественно, приобрело мировой резонанс, началось расследование. В итоге, следственная комиссия пришла к выводу, что причиной трагедии стали конструктивные несовершенства парома. «Из-за сильных ударов волн на «Эстонии» было повреждено запорное устройство носового визора (подъёмной надводной части парома), в результате аппарель автомобильной палубы оказалась незащищённой от проникновения воды. Вследствие этого внутрь парома в течение нескольких минут хлынули тысячи тонн забортной воды, увлёкшие судно на дно моря», – гласил отчет комиссии. Но он устроил далеко не всех. Появление многочисленных теорий заговора оказалось спровоцировано одним обстоятельством. В начале декабря 1994 года норвежская компания Rockwater, специализирующаяся на подводных работах, на средства шведского государства исследовала корабль, лежащий на глубине 80 метров. Главной задачей водолазов было найти бортовой компьютер и доставить его следственной комиссии. Компьютер не нашли, возможно его вырвало и смыло штормом, и он затерялся где-то в донном иле. Нездоровый ажиотаж вызвал и тот факт, что корабль быстро объявили «местом захоронения» и одно время даже хотели залить бетоном или засыпать песком. Ходили слухи и о том, что некоторых людей (в том числе сменного капитана Аво Пихта), объявленных погибшими на «Эстонии», видели и позже – вполне живыми.

Естественно, появились предположения в духе классического «власти скрывают». Но что именно? Пресса выяснила факты, что дважды до рокового рейса «Эстония» использовалась для перевозки оружия.

Как раз 31 августа 1994 года был завершен вывод российских войск из Эстонской Республики. Осуществлялся он в спешке и впопыхах – и, по слухам, на территории Эстонии была оставлена секретная советская военная электроника, которую новые хозяева продали шведам.

Есть мнение, что подобный груз содержался на борту «Эстонии» и в её последнем рейсе – причём, высказывалось мнение, что это был груз кобальта или даже настоящая ядерная боеголовка, «экспроприированная» с бывшей советской военной базы в Палдиски. В 2000 г. немецкая журналистка Ютта Рабе, невзирая на запрет властей, погрузилась к «Эстонии». С собой она захватила дозиметр – но прибор, по уверениям журналистки, не показал наличия поблизости радиоактивных веществ. Зато Рабе заявила, что обнаружила пробоины в корпусе. Журналистка предположила, что паром был взорван.

Заместитель председателя созданной в эстонском парламенте комиссии по расследованию обстоятельств катастрофы Эвелин Сепп в 2006 году отказалась подписывать заключение о том, что на «Эстонии» на было военного груза. Она сообщила, что между Швецией и Эстонией в 1993 году была заключена договоренность о транспортировке советского военного наследия – являющаяся государственной тайной. Со своей стороны, Леннарт Берглунд отмечает, что и по сей день от общественности засекречены многие заключения эстонских и шведских экспертов – что, по его словам, внушает серьёзные подозрения. В сентябре 2019-го Март Лаар, в 1994-м являвшийся премьер-министром Эстонии, заявил, что не давал разрешения на перевозку на борту парома какой-либо военной техники. Однако вышеупомянутая Эвелин Сепп ещё в 2006-м обвиняла Лаара и других эстонских политиков Юхана Партса, Андруса Ансипа и Тривими Веллисте в том, что они знают об истинных причинах катастрофы, но скрывают их.

С другой стороны, в эстонской печати звучала версия, будто шведы вывозили военное оборудование из Эстонии тайком, без согласования с официальным Таллином. Берглунд отмечает, что есть информация и о том, будто до отплытия корабля к нему подъехали и были погружены на борт два грузовика – из-за чего отплытие пришлось задержать на 15 минут. Одна из версий крушения «Эстонии» гласит, что доступ воды в корпус начался после того, как визор в носу корабля открыли – чтобы выпихнуть в море машины с каким-то грузом. Может, обстоятельства внезапно изменились и хозяевам таинственного груза – если он действительно был? – пришлось спешно от него отделаться? Но почему?

Вопросы, вопросы, вопросы… По крайней мере, на некоторые из них, наверное, удастся найти ответы – если административный суд Таллина пойдёт навстречу пожеланиям родственников погибших и санкционирует возобновление расследования причин катастрофы.

Но суд пока не торопится с решением. Там всё ещё размышляют – дать ли ход иску Берглунда, Йонсена и других неравнодушных, или отказать? Судя по тому, что все последние годы Таллин и Стокгольм делают вид, что никакой тайны парома «Эстония» не существует, вердикт суда окажется, видимо, отрицательным. С другой стороны, на возобновлении расследования настаивает даже столь влиятельное лицо, как спикер эстонского парламента Хенн Пыллуаас, тоже потерявший родных на «Эстонии». «Правду следует в любом случае обнародовать, нравится это кому-то или нет. Только тогда как погибшие и их родные, так и всё общество обретёт покой», – считает Пыллуаас.

Владимир Веретенников
Специально для «Столетия»