Сегодня Борису Гельфанду исполняется 50 лет! Международный шахматный турнир имени Анатолий Карпова, который проходил с 26 мая по 5 июня, стал для Бориса успешным. Он впервые побывал в Пойковском и сразу же попал на пьедестал. Интервью с бронзовым призером записал Василий Папин.

Как Вы готовились к этому турниру, и удалось ли провести полноценные сборы?

Готовился, как обычно, приводил себя в форму. Но сборов не было. Я ведь играл в клубном чемпионате России, который недавно завершился в Сочи. Но, так как партий я там сыграл немного, то получились такие как-бы полу-сборы на море.

 

Вы впервые и в Нефтеюганском районе, и впервые участвовали в знаменитом Пойковском турнире. Ваши впечатления?

Впечатления от турнира очень хорошие, турнир отлично организован. Хоть и место, прямо скажем, не центральное – но все условия для игры организаторами были созданы. Хороший зал, хорошая гостиница, место для прогулок отличное. Погода…тоже нормальная, хотя от организаторов она и не зависела. Так же, как и белые ночи. Дождей было мало и можно было гулять. Так что всё нормально.

 

Кроме первого тура, в котором Вас постигла неудача во встрече с Яном Непомнящим, игравшим к тому же чёрными. Что, на Ваш взгляд, повлияло на исход этой встречи?

Акклиматизация. Однозначно! Не успел акклиматизироваться и перестроиться с тёмных сочинских ночей, на светлые пойковские. В результате чего не включился в турнир, перепутал анализ, ляпнул ход, после которого позиция стала тяжёлой. Нужно было ходить другой ладьёй на с1, и там уже небольшой перевес у белых, и чёрные должны аккуратно подравнивать, это очевидно.

 

А вот Видит Сантош, в отличие от Вас, прибыл в Пойковский заблаговременно, за два дня до начала турнира. И успел акклиматизироваться, полюбить эти белые ночи и в первом же туре одержать победу.

Да, надо было и мне прилететь пораньше! Я вот думал об этом. Но мне добрые люди посоветовали этого не делать, и я не сделал. Советы ведь тоже бывают не только полезными, но и вредными.

 

Зато во втором туре быстрая и уверенная ничья чёрными с Дмитрием Яковенко.

После второго тура мне удалось прийти в себя. И отлично выспался, и успокоился.

 

После чего у Вас «пошла» игра, и в оставшихся семи турах Вы набрали +4, сделав себе подарок, вернувшись в клуб «семисотников».

Возвращение в клуб это всё-таки не такой уж подарок. Считаю, что должен играть лучше. Но предыдущие полгода были действительно ужасные, всё из рук валилось и надеюсь, что эту тенденцию удалось переломить.

 

Какую турнирную партию, сыгранную здесь, могли бы особо выделить?

Мне кажется партию, сыгранную с Антоном Коробовым. Хорошая партия. И если бы в технической стадии я бы «добил» на контроле, то она (партия) была бы очень хорошая.

Но, скажем так, все партии, которые я выиграл здесь, они проходили с моим перевесом, хотя где-то не обошлось и без помощи соперников. Были ошибки. В том числе и с моей стороны.

 

Как, например, в партии предпоследнего тура с Виорелом Бологаном.

Да. Но я на контроле ошибся. Я мог перейти в тот же слоновый эндшпиль, но в редакции в пять раз лучше. Мог забрать на h7, и пешка h еще идет. А я как-то не сообразил. И потом уже, наверное, по-разному должна была быть ничья. Но я выиграл.

Вообще то по позициям в этом турнире Виорел мог набрать гораздо больше очков, но где-то в какой-то момент у него не пошло, и дальше он уже не смог вернуться в игру. А почему, это знает только он. Тут часто не поймёшь, что у себя происходит, а у другого человека это вообще…(смеётся).

Вот, например, моя партия с Видитом Сантошом тоже была не безошибочной, но зато пат в этой партии у меня получился, конечно, красивый.  Учитывая, что это не первый пат в моей карьере, и то, что в моей следующей книге будет целая глава, посвящённая патам, надеюсь, что успею включить эту партию в книгу.

 

Ваши книги издаются при содействии библиотеки ФШР?

Не совсем. Изначально книга выходит на английском языке в издании «Quality chess» с Якобом Огардом. А с библиотекой ФШР существует договор, в соответствии с которым после выхода книги на английском, только через год, она выходит на русском языке. Две книги уже вышли, третья на английском, почти наверняка выйдет в этом году, и соответственно в 2019 году её можно будет прочитать на русском языке.

 

 

Написание книг требует больших затрат и времени, и энергии. Значит ли это, что Вы отходите от активных шахмат? 

Нет, не отхожу. Хотя в принципе ситуация такая, что я может и хотел бы играть больше, но если ты не в топ-10 или топ-15, то турниров особо хороших и нет.

А на работу над книгой я выделяю по большому счёту часов шесть в неделю, а всё остальное время занимаюсь непосредственно шахматами.

Конечно, случается по-разному. Перед турнирами бывает, что и ноль часов на книгу. А вот с Якобом Огардом, моим компаньоном, мы работаем над шахматным материалом один-два раза в неделю по три часа. Но для этого этот материал должен быть мною хорошо продуман, вычитан, откорректирован и подготовлен для дальнейшей работы Якоба. Вот такой рабочий ритм.

 

 

Получается, что в отсутствие турниров у Вас появляется возможность не только уделять время написанию книг, но и заниматься тренерской работой. Занятия с юными белорусскими шахматистами и сборной Беларуси это же не первый Ваш тренерский опыт?

Да. Ранее я проводил сборы с норвежской сборной. Сейчас вот с белорусской.  Мне кажется, что всё очень хорошо прошло, ребята были довольны. И для меня тоже это было очень интересно – передавать свой опыт в таком формате. Мне кажется, что и получается неплохо, и полезно, особенно молодым шахматистам.

 

Кто из белорусских шахматистов был на этих сборах?

Были и Сергей Жигалко, и Алексей Александров, и Алексей Фёдоров, и Кирилл Ступак и Андрей Жигалко и молодые шахматисты.

 

А Владислав Ковалёв разве не принимал участие в работе? 

Нет, Владислав пропустил сбор. Но, по уважительной причине. Он в эти же сроки играл на турнире в Эмиратах. И он единственный, кто не был на этих сборах.

 

Вот, наверное, поэтому он и не стал ввязываться с Вами в последнем туре в теоретический диспут, сразу свернув игру.

Да, не стал. В принципе у него было не то турнирное положение. А для себя я решил, что играю как обычно. Если большая игра – я буду рад, а решит Владислав играть надёжно и делать ничью – значит ничья. Что делать, он сильный шахматист.

 

А предложений поработать с российскими шахматистами не поступало?

Поступало. Обещал Крамнику приехать в «Сириус», но всё еще не доехал. Владимир Борисович меня просил, я обещал. И мне стыдно, что я своё обещание пока не выполнил. Просто очень напряжённый график. Но я обязательно приеду.

 

У Вас традиционно добрые отношения с ФШР. Это было и во времена Аркадия Дворковича, и тем более сейчас, когда федерацией руководит ваш однокурсник Андрей Филатов. Что бы Вы выделили главное в работе ФШР?

Преемственность. Ведь очень важно, что в целом преемственность сохраняется. Всё хорошее, что было сделано Аркадием Владимировичем и его командой не разрушается, а сохраняется и развивается. И в тоже время появляются новые приоритеты, да и акценты расставляются по-новому.

Ведь хуже ничего нет, когда новый руководитель начинает клеймить предыдущего, отрицать ранее сделанное и писать историю заново, под себя. А тут мы видим, здоровые отношения, контакты на личном уровне. И Аркадий Владимирович по-прежнему входит в состав Попечительского совета. Многое сделал и продолжает делать. Тот же «Мемориал Таля» это его проект.

 

А разве «Мемориал Таля» не проект Александра Баха?

Это началось при Бахе. А потом этим проектом уже много лет занимался Дворкович. Но мы и Александру Григорьевичу спасибо скажем, и в том числе, за великолепный фестиваль “Аэрофлот-Опен”. Но повторюсь. Когда каждый приходящий руководитель не рушит предыдущее, а продолжает работать вместе, это залог успеха. Поэтому в российских шахматах сегодня, как мне кажется, здоровая обстановка.

Скажу про Израиль. Когда пришёл Даниэль Порат, он еще ничего не сделал, но уже сразу заклеймил предыдущего руководителя Моше Слава. Любой разговор начинался с того, какой плохой Моше Слав.

 

На протяжении последних лет не спокойно в израильском шахматном королевстве. Постоянные, уже ставшие нормой, противостояния ведущих шахматистов и руководства федерации, какие-то склоки и конфронтации, нарушающие мир и спокойствие шахматистов, и делающие федерацию горячей точкой. Что же происходит сейчас у вас в федерации? И есть ли какие-то подвижки в решении этого затянувшегося кризиса?

Сейчас подвижки такие, я Вам скажу… Но начну с того, что я двадцать лет живу в Израиле и поэтому с уверенностью и знанием дела могу говорить, что почти всё это время отношения между ведущими шахматистами страны и шахматной федерацией были в основном нейтральные.

При занятой федерацией позиции – мы бедные, для успеха сборной федерация ничего особо не делала, но успехам радовалась. Не посылать, на Олимпиаду или на командный чемпионат Европы команду, сформированную из лучших игроков, таких идей ни у кого не возникало. Всегда находились какие-то варианты и компромиссы.

Но был период, когда всё было близко к развалу. Это 2003-й и 2004-й годы.

В эти годы власть в федерации находилась в руках, не побоюсь этого слова, откровенных проходимцев, возглавляемых бывшим министром финансов, устроившим в стране инфляцию в 400% в год и за содеянное сосланного в шахматную федерацию.

Но, к счастью для нас, для него нашлась лучшая синекура, и он ушёл. И до 2016 года всё было нормально.

 

А что же произошло потом?

Фактический захват власти в федерации группой людей, объединённых любовью к своим детям и ненавистью к остальным шахматистам.

 

И в результате на Олимпиаду в 2016 году команда отправилась без ведущих игроков в ослабленном составе?

Да. Причём всё это сопровождалось неприкрытым шантажом, издевательством, коррупцией. Хотя никаких объективных причин для этого не было. Просто такая латентная ненависть, переросшая в открытую.

 

И всё-таки официальной причиной невозможности командирования ведущих шахматистов на Олимпиаду была финансовая.

Нет. Это, что называется, уже последняя “отмазка” была. Предъявлялись шесть разных причин. И когда ни одна из них не прошла, сказали – денег нет, но вы держитесь. Всего вам хорошего! Хотя деньги на выплату зарплаты директору, стипендий детям руководителей федерации и на всё остальное, никогда не заканчивались. Мы же прекрасно понимали, что истинной причиной являлась та, о которой я сказал ранее. Мы стали руководству федерации не нужны.

 

Ситуация какая-то очень одновременно и запутанная, и сложная. Год назад в вашей шахматной федерации состоялись очередные выборы на двухлетний срок нового руководителя. Но вместо одного их стало двое. Цвика Баркаи и Моше Слав. 

Да, так как завершились выборы вничью. Одна половина клубов, в которую вошли семь сильнейших клубов страны, проголосовала за Моше Слава, другая половина проголосовала за Цвика Баркаи. До первого июля этого года федерацией руководит Цвика Баркаи, а с первого июля Моше Слав.

 

Следовательно, через год снова выборы и снова борьба?

Да, снова и выборы, и борьба. А учитывая, что шахматисты голоса не имеют, а голосовать могут только представители клубов, а у каждого клуба свои интересы, то исход выборов не предсказуем. И изменить что-то в этой процедуре невозможно. Это демократия, защищающая интересы и профессиональных шахматистов, и любителей, играющих на пляже.

 

Как прошёл год с новым председателем федерации?

Скажем так, что большой симпатии к шахматистам он не испытывает. Но свои обязательства выполняет. На чемпионат Европы команду послал, и на Олимпиаде мы будем. Это не обсуждается.

 

В том числе, что и немаловажно, гонорары?

Да, гонорары уже не обсуждались. Потому что бюджет довольно большой. А учитывая, что больше никакой поддержки ни моральной, ни материальной, в отличие от детей-призёров до десяти лет, у нас в году нет, гонорары не выдающиеся, но достойные. Такое вот компромиссное решение. На Олимпиаду контракты еще не подписаны, но это так же не обсуждается. Цвика Баркаи сказал, что всё будет нормально. Мы верим.

 

А с чем приходит Моше Слав?

Моше приходит с позитивным отношением к шахматистам, с идеей проводить как можно больше самых разных турниров, в том числе провести индивидуальный чемпионат Европы. Даже уже подали заявку на 2019 год. Посмотрим, как он проведёт этот год и будем надеяться на подвижки к лучшему, тем более если ему удастся положительно решить кадровые проблемы в дирекции федерации.

 

1 мая в Иерусалиме праздновалось семидесятилетие создания государства Израиль. Для участия в сеансе одновременной игры с юными шахматистами в Иерусалим прибыли Анатолий Карпов и Вишванатан Ананд. А Вы были приглашены на этот праздник?

Нет. Мне сказали, что я персона нон-грата, и не буду приглашён ни при каких обстоятельствах, а председатель федерации сказал мне, что это для больших людей, иностранцев – это не для тебя. Ну, не для меня, значит не для меня. А за пару дней до мероприятия сказали, что могут вручить мне почётную грамоту. Приглашали прийти, говорили, что большую честь мне окажут. Но, увы… Я уже улетал в Сочи на клубный чемпионат России.

 

Среди относительно молодых шахматистов Израиля особо выделяется Тамир Набати, с рейтингом уже под 2700 …

Да, хорошо играет, вышел на Кубок мира, молодец! Но, боюсь, что как бы он не оказался последним из наших игроков под 2700. Потому что с таким отношением федерации к нам, все наши молодые шахматисты получили наглядный урок, в бесперспективности своего роста. Что выше уровня кандидата в мастера им не дадут подняться – вот в этом опасность. И конфликт этот по сути своей идеологический.

Поэтому в этом плане я очень пессимистично настроен.

 

А почему такое отношение? Почему уровня кандидата в мастера достаточно для нынешней федерации?

К, сожалению, и здесь надо называть вещи своими именами – элементарная зависть. Как-же, кто-то гроссмейстер, а я перворазрядник?! Есть в стране пять-шесть клубов где шахматы развиваются, и в детей вкладывают, и в школы. А есть в федерации люди, которым ничего не надо. Ну разве, что за границу съездить один раз, дочку пристроить, сына пристроить – такой масштаб видения.

 

Не было ли у Вас идей по созданию в Израиле своей «Школы Гельфанда»? 

Такие идеи были. Но сразу же возникают вопросы. Во-первых, для чего? Во-вторых, кто будет работать и заниматься техническими делами? Опять-таки, надо с шахматной федерацией отношения выстраивать. Понятно, что когда к тебе так относятся, как сейчас, ты будешь создавать, тратиться, а тебе будут всячески вредить, вставлять палки в колёса, то дуть против ветра совсем не хочется. Да и разговоры с очень серьёзными людьми были. Но если основной посыл, что нам это не надо, то я не Дон-Кихот, чтобы сражаться с ветряными мельницами. В жизни есть много чего интересного, чтобы не тратить время вхолостую.

 

А как в Израиле со спортом обстоят дела в целом, в Вашем видении? 

Средне. Спорт не является приоритетом. Вот как шахматы реально поднялись? Приехало много репатриантов, плюс местные, как Алон Гринфельд, который здесь помогал Видиту Сантошу. Плюс два-три руководителя клубов, которые поощряли это, способствовали развитию молодых шахматистов. То есть реально это энтузиазм двадцати человек. И то, что в шахматной федерации были люди, которые не мешали, которые может быть не сильно помогали, но не мешали и положительно относились. Тоже самое и в художественной гимнастике. Вот в дзюдо большие успехи, там правда больше не приехавшие, а коренные израильтяне. И в дзюдо лучше всего всё организовано. Есть ещё пара приличных пловцов, легкоатлетов. Но всё это держится больше на энтузиастах-фанатиках.

 

Кстати, сейчас у вас появился ещё один новый репатриант-фанатик.

Кто?

 

Бывший начальник Чукотки с состоянием в 11.5 млрд долларов. 

Да-да, Роман Аркадьевич.

 

Может появление Абрамовича как-то улучшит ситуацию в спорте?

Нет, не думаю. А почему? Он и так до получения израильского гражданства активно финансировал многие мероприятия. Но я это из газет узнаю, а так я не знаком с большими людьми.

 

А разве Ваш матч с Виши Анандом не способствовал знакомству с большими людьми?

Ну, в общем-то да, с кем-то познакомился. И был большой бум. И сотни тысяч детей научились играть в шахматы после матча. Мэры городов стали включать шахматы в образовательные программы. У нас в городе уже больше половины школ охвачено шахматами. И каждый год добавляются две-три школы, так что число их потихонечку растёт. И даже в старших группах детского сада есть шахматы. И такое положение дел уже во многих городах. А когда матч игрался, то он широко освещался и на телевидении, и в печати. По моим самым скромным оценкам, примерно миллион человек из восьми в Израиле узнали, что такое шахматы.

 

А остальные семь миллионов познакомились с Борисом Гельфандом, внёсшим свою посильную лепту в популяризацию и развитие шахмат в Израиле.

Мягко говоря, да (улыбается).

 

На праздновании в Иерусалиме был и Кирсан Илюмжинов, который без малого двадцать пять лет во главе всемирной шахматной федерации. Осенью очередные выборы президента ФИДЕ. Кирсан Николаевич – кандидат номер один. Как Вы оцениваете его деятельность на посту президента ФИДЕ за прошедший период?

Хорошо, положительно. Было хорошее, было не очень. Но если взять точку А и точку Б, то мы видим, что шахматы другие. А рассуждения, что можно было бы сделать еще лучше, то они такие довольно абстрактные. Я помню 1995-й год, вижу сейчас 2018-й. Всё абсолютно разное. Мы не должны забывать, что это общественная организация. Для общественной организации ФИДЕ работает достаточно эффективно.

Я думаю, справедливости ради, после того как в 2006 году Кирсан Николаевич выиграл выборы в борьбе против Бессела Кока, после этого были восемь успешных лет, и мы видим, как выросло и количество турниров, и розыгрыш первенства мира восстановился, и образовательные программы внедряются во многих странах.

 

Кандидат номер два в президенты ФИДЕ – Георгиос Макропулос. Что думаете о нём?

То, что говорил Ельцин о Горбачёве: “Раньше я о нём думал плохо, а теперь не думаю вообще”. Если взять всё, что я говорил о Макропулосе в период с 2000 по 2010-й год и резюмировать, то это – «Кирсан Николаевич, вы должны его уволить!». Илюмжинов решил, что увольнять его не надо.

 

Видимо, ошибся?

Может ошибся, может не ошибся. Это их отношения. Я со стороны, я играю в шахматы. У них настолько тесные отношения, как мы видим, что были даже перечислены деньги на лечение господина Макропулоса. Поэтому, они знают друг о друге в сто раз больше, чем я о себе.

 

А о кандидате номер три в президенты ФИДЕ – Найджеле Шорте что думаете?

Мне кажется это несерьёзный кандидат. Найджел любит беседовать, быть в центре внимания. Он получил хорошую трибуну. Но как организатор он себя пока вообще никак не проявил. Думаю, шансов у него нет. Так как моё мнение не влияет ни на что, то я могу просто расслабиться и наблюдать.

 

В конце года, наряду с шахматной Олимпиадой и выборами президента ФИДЕ в центре внимания окажется и матч на первенство мира. Как Вы относитесь к идее Андрея Филатова о покупке права играть матч на Первенство мира при рейтинге от 2700?

Андрей мне друг, но истина дороже. Плохо! Должен быть спортивный отбор. И тут же еще такой момент. Если игроку купили право на матч, то он проиграет этот матч без шансов. Потому что победа в турнире претендентов даёт такой толчок в развитии, что резко повышает шансы. Если любому человеку купят матч, то он его проиграет. А если человек выиграет турнир претендентов, то у него есть шансы. Мы видим на примере Сергея Карякина, какой толчок дала ему победа в турнире претендентов и сколько уверенности это даёт. Да я это и по себе знаю. Сейчас претендент Фабиано Каруана. Мы видим его результаты. То есть, человек пройдя отбор, это уже серьёзный претендент. А если ему подарил право на матч дядя или ещё кто-то, то он серьёзным претендентом не становится.

 

И как оцениваете шансы Каруаны в матче против Магнуса Карлсена?

Почти как равные. Посмотрим, как пойдёт, стили то у них разные. Кто свою игру навяжет.

 

За плечами у вас матч на первенство мира. По регламенту, игрок, который начинает первую партию белыми, и 12-ю, заключительную, тоже играет белыми. Мне кажется, что этот игрок получает некоторое преимущество. Как к этому относитесь?

Есть такой момент. Но с другой стороны если не делать повторение цвета в середине матча, то после выходного дня кто-то будет каждый раз начинать белыми. И это тоже преимущество. Но это ввели не так давно, кажется?

 

Если не ошибаюсь, это правило ввели с подачи Владимира Крамника, перед матчем с Веселином Топаловым в Элисте (2006).

(после паузы) Да, похоже. Но, я как-то на это не обращал внимания. Играл и играл. Сильно не задумывался над этим. Сконцентрировался на игре, а не на правилах.

 

Как Вы относитесь к контролю Олега Скворцова с сокращением времени на обдумывание (новая классика)

Нормальный эксперимент, легитимный.

 

А если ввести его официально?

А вот официально вводить его пока не надо. Здесь должен работать принцип принятия решений. Нужно еще протестировать, пока достаточного опытного пути не было. Но я не вижу ничего плохого в нынешней классике.

 

А нынешний трёхпериодный контроль в Пойковском?

Это супер-классика! И я очень люблю этот контроль. Скажем так, я вырос на нём, хотя многим не привычно. Способствует качеству партий, так как хаотичная игра начинается на гораздо более поздней стадии.

 

Помимо чемпионского матча в этом году также пройдут и чемпионаты мира по быстрым шахматам и блицу. В прошлом году в Саудовской Аравии израильские шахматисты не играли. По причине…

…что не были допущены. Всем, кто заявился – всем отказали. И это возмутительно!

 

И это при том, что от организаторов чемпионата многим игрокам и Вам в их числе, были направлены персональные приглашения.

Да, но…процитирую Ленина: “Формально правильно, а по сути издевательство”. Они как бы и приглашали, но так, что, поехать было невозможно. И я решил не связываться, учитывая, что на поддержку своей федерации рассчитывать было нельзя. Но семь израильских шахматистов заявились, и всем им было отказано. В итоге наша федерация заключила позорное соглашение с ФИДЕ, сняв с неё все претензии, и тем самым, признав ФИДЕ не виноватой в не допуске спортсменов на чемпионат. Будем надеяться, что в этом году у всех желающих получится сыграть в чемпионатах мира. Или в Эр-Рияде или, в случае переноса чемпионата, в другом месте.

 

Желание не пропало сыграть в Эр-Рияде?

Если пустят и дадут гарантии безопасности, то да, я хотел бы сыграть. Учитывая, что контакты между странами, пусть и неофициальные, но ведь очевидно, что они есть. И это могло бы стать поводом открыть новую страницу в отношениях между нашими странами. Gens una sumus! В противном же случае ФИДЕ должна переносить чемпионат.

 

До этого были чемпионаты и в Дубае, и в Дохе куда вы тоже были не въездной.

Да. Я только в Берлине, в 2015-м году, смог сыграть.

 

И принести титул чемпиона мира по блицу Александру Грищуку.

Да-да (смеётся). Но если бы я у него выиграл, то я был бы с медалью. Я шёл вперёд, но проиграл Александру, а это не зазорно. Играл достойно.

 

И уж совсем скоро в России стартует самый главный чемпионат мира четырёхлетия – чемпионат мира по футболу! Ваши любимые голландцы снова никуда не попали. За кого будете болеть?

(задумывается) Израиль не участвует, а за Россию как-то не очень перспективно болеть, мне так кажется. Даже не знаю за кого…Вот, за Андреса Иньесту буду болеть! Мне видится, что на предварительном этапе мало групп интересных, а вот дальше матчи на вылет постараюсь все посмотреть. Потом, правда, турнир начнётся в Иерусалиме, будет идти 5-6 дней, но так как футбольные матчи вечером, думаю смогу всё посмотреть.

 

Значит из ближайших планов Иерусалим?

Да. Из ближайших планов 1 июля в Иерусалиме начнётся турнир по быстрым шахматам – «Мемориал Гедеона Йефета». Помимо меня будут играть Пётр Свидлер, Ян Непомнящий, Василий Иванчук, Георг Мейер и Анна Музычук. Будем играть в два круга. Планируется большой фестиваль, помимо круговика, еще и открытый турнир, и турниры по секциям. Проводит Гелат Йефет в память о своём отце. Он организует этот турнир традиционно каждый год. Проводил швейцарку, мой матч со Свидлером, а в этом году решил провести соревнование вот в таком формате. Фестиваль явно лучший в Израиле.

 

А после турнира в Иерусалиме?

Далее, в конце августа, играю матч с Виктором Лазничкой в Чехии. Четыре партии в классику, четыре партии в быстрые шахматы. Потом, надеюсь, Олимпиада в Батуми. И турнир на острове Мэн. Очень сильная «швейцарка». В этом году вообще какой-то безумный состав, я где-то примерно двадцатый по рейтингу.

 

Значит цели определены, задачи поставлены. Спасибо за интервью, Борис Абрамович, удачи и успехов! 

Спасибо! Я тут первый раз, но как говорят опытные участники, с каждым годом посёлок развивается, появляются новые сооружения, жилые дома. Желаю, чтобы и дальше всё развивалось к лучшему. Ну и, конечно, желаю еще, чтобы было больше лета (улыбается). Потому, что я чувствовал, что люди в напряжении, так как лето должно наступить, а оно всё не наступает.