1 апреля 2018 года Китай потерял свою первую орбитальную станцию, “Тяньгун-1”. Можно сказать, что с учетом этого события Китай окончательно вошел в клуб настоящих космических держав – до сих пор космические станции теряли только Россия (СССР) и США.

К сожалению, космос последнего десятилетия – это уже не только космос больших достижений и успехов, но и космос постоянных потерь. Оказалось, что ко времени, когда по расчетам романтиков-фантастов и оптимистов-футурологов середины ХХ века мы должны были уже подлетать к спутникам Сатурна, открывать колонию на Марсе и вовсю развивать лунную базу, – мы по-прежнему топчемся где-то на высоте низкой околоземной орбиты, которая на практике отстоит от поверхности Земли чуть выше, чем расстояние от Москвы до Ярославля. А в смысловом плане и более того – находится где-то между новостями о неубранном снеге и пустыми сюжетами из светской хроники. Текучка, шаблон и повседневность, как они есть.

Современная космонавтика как-то буднично и незаметно потеряла главное – мечту о космосе. Отдельные романтики и мечтатели уже не могут ничего тут поделать, их редкие голоса буквально тонут в хоре “эффективных менеджеров”, бухгалтеров, пиарщиков проектов и пилильщиков бюджета. Для которых космос – это не фронтир человечества, но скучный бизнес, в котором надо заработать на ипотечную “двушку” или же новый кредитный автомобиль.

Да, с одной стороны, космос уже стал обыденностью. Для каждого из нас важным является первое впечатление или достижение – личное или же коллективное, – а любой повтор выглядит как “да, плавали, знаем…”. Но, с другой стороны, мало кто задумывается, что наш современный мир – это порождение космоса 1960-х годов.

Широко известна фраза нобелевского лауреата Джека Килби, которому мы обязаны изобретению интегральной микросхемы в 1958 году, открытие которой во многом и сделало возможным последующие достижения США в космосе. На вопрос критиков космоса “да что мы, собственно, привезли с Луны?” его ответ был прост: “По крайней мере массу удобных, легких и мощных процессоров – так это точно”.

Теперь, на фоне существенного отката человечества от тех достижений, можно с пеной у рта доказывать или опровергать любые свершения тех годов СССР и США в космосе. Можно с насмешкой говорить о том, что НАСА закрыло для посещений места посадки первого и последнего “Аполлонов” на лунной поверхности, объявив их “мемориалами”, или же с болью вспоминать утопленный в океане “Мир”. Но это, в общем-то, так и есть: сегодня мы не знаем, когда сможем по-настоящему вернуться на Луну и убедиться в наличии “мемориального мусора американского происхождения”, а России и в самом деле принадлежит сомнительная честь затопления “самого крупного космического объекта”.

Впрочем, нынешний форпост человечества в космосе, Международная космическая станция, вполне может повторить судьбу “Мира”. Для этого будет вполне достаточно, если США реализуют свои намерения и прекратят финансирование МКС. Так как финансов России и других участников проекта будет явно недостаточно даже для поддержания существования МКС. И тогда МКС сможет стать “первой международной космической станцией, упавшей на Землю”.

Другой, альтернативный вариант развития событий – это осознание того, что космос по-прежнему может быть и генератором смыслов, и уникальной площадкой для человеческого таланта и ума. Да, те барьеры, с которыми столкнулись люди в космосе, оказались гораздо выше, чем начальные, упрощенные и схематичные ожидания. Наше путешествие по космическому морю сегодня это не плавание Колумба из Испании к берегам Америки и даже не поход Эрика Рыжего к Гренландии на драккарах. Мы лишь научились строить грубые “плоты из соломы”, малопригодные к настоящему космическому плаванию. И реальные результаты подготовки настоящей экспедиции на Марс бесконечно далеки от пиар-картинки запуска красной “Теслы” куда-то в сторону Красной планеты (плюс-минус миллион километров).

Для возврата в большой космос надо признать две вещи… Во-первых, то, что космос – это мечта, это неизвестность, это наше будущее, которое сегодня может представляться совершенно невозможным с обывательской точки зрения, но которое неизбежно наступит. И, во-вторых, то, что процесс прихода этого неизбежного будущего неизбежно поменяет и наш с вами собственный мир, поскольку в процессе достижения космической мечты мы волей-неволей изменим и свой собственный мир, пытаясь достичь невозможного.

Эту статью можно будет прочитать или в газете – или же на экране компьютера и мобильного телефона. Полвека тому назад существовали только газеты, а спрос на компьютеры даже в США предполагали в самом отдаленном будущем, как “несколько штук в год”. Именно космос изменил наш мир и сделал его именно таким, каким мы его привыкли видеть сегодня. А ведь еще в 1956 году космос был не более, чем мечтой.

Опубликованный в 2016 году код программного модуля, управлявшего полетом “Аполлона”, начинается словами “привет всем здесь”, а последняя команда снабжена комментарием “до свидания, скоро увидимся!” Хочется верить, что романтики ХХ века не ошиблись. Мы вернемся, как и обещали.

Алексей анпилогов, Завтра Завтра
Иллюстрация – Георгий Курнин, СССР. Голубого Солнца 5