Вместо 43 млн человек на Украине реально живут вдвое меньше, уверяет бывший министр труда и социальной политики страны. Порядка 10 млн украинцев вынуждены были уехать на заработки за границу. Еще столько же – это «мертвые души», которые существуют только на бумаге. Зачем украинская власть завышает статистику численности населения страны? И где еще играет с цифрами?

Бывший министр труда и социальной политики, нардеп украинского парламента Михаил Папиев уверяет, что украинское правительство скрывает реальную информацию о численности населения Украины. По официальным данным Госстата Украины, население страны по состоянию на 1 июня 2017 года составляет 42,3 миллиона человек без учета Крыма, который с 2014 года вернулся в состав Российской Федерации. Однако на самом деле население Украины на 10 млн человек меньше.

«Внешне Украина выглядит успешным государством. По статистике, украинцев сегодня 42,3 миллиона, то есть это мощная европейская страна. По расчетам, которые мы провели вместе с экспертами и Институтом демографии Академии наук Украины, сейчас оптимистичный показатель – 32 миллиона граждан Украины», – заявил Папиев в эфире телеканала ZIK. В анализе не учитывалось население Крыма, Донецкой и Луганской народных республик.

Еще 10 млн украинцев вынуждены были покинуть страну и уехать на заработки, поскольку не могут найти нормальную работу и зарплату на родине. «Их было пять миллионов до 2014-го, и еще пять миллионов выехало после. Это большая беда, потому что выезжают преимущественно здоровые люди в репродуктивном возрасте», – говорит Папиев.

Таким образом, получается, что на Украине постоянно проживают порядка 20 млн человек, то есть в два раза меньше официальной статистики в 43 млн человек.

Зачем же официально необходимо занижать статистику численности населения страны? Если Папиев прав, что в стране насчитывается 10 млн «мертвых душ», которые существуют только на бумаге.

Официальная статистика, правда, не учитывает только население Крыма, но включает по-прежнему население ЛНР и ДНР. Довоенная численность населения ныне неподконтрольных территорий, согласно официальным данным Госстата Украины, составляла около 3 млн человек. Сейчас, по официальным данным ЛНР и ДНР на октябрь 2017 года, получается больше – почти 3,8 млн человек: 2,3 млн в ДНР и почти 1,5 млн в ЛНР.

Вносить их в общую статистику населения страны бессмысленно, ведь Киев официально прекратил любые экономические контакты с республиками. Тот же свет и газ они получают из России, Киев за это не платит. Пенсии и зарплаты бюджетникам центр также не выплачивает. Ровно как и не покупает недорогой и столь нужный уголь антрацит у ДНР и ЛНР. Вместо этого его везут из Африки и США по более высоким ценам, обворовывая дефицитный бюджет и собственное население, которое платит за это из своего кармана. Дефицит угля в эту зиму катастрофичный.

В любом случае остается еще 6–7 млн человек, которых, по независимой оценке, не существует в реальности. Зачем же необходимо завышать статистику численности населения страны? Самое простое объяснение – это открывает огромные возможности для коррупции, причем общеукраинского масштаба. Завышенные данные о численности населения позволяют маневрировать в бюджете огромными деньгами и успешно их пилить. Кто-то может с легкостью получать из бюджета за эти «мертвые души» пенсии, социальные пособия или бюджетные зарплаты. Учитывая, что средняя номинальная зарплата на Украине составляет 7377 грн, даже на 7 млн «мертвых душ» можно «распилить» до 50 млрд грн в месяц, или 600 млрд грн в год. А если не держать эту несуществующую армию на бюджетном довольствии, тогда не совсем понятно, зачем скрывать реальную численность населения.

Между тем Киев принял новую пенсионную реформу в стране, в которой завуалированно поднимается возраст выхода на пенсию. МВФ говорит, что хочет посмотреть, какой будет эффект от нее. Охрименко, впрочем, уже сейчас уверен, что это ничего не даст, так как это не реформа, а ее имитация. От нее пострадают скорее будущие пенсионеры. Например, те, кто нынче работает за рубежом и кормит страну, вообще могут не рассчитывать на пенсию на родине.
Ольга Самофалова, “Взгляд”