Был при советской власти в устье одной крупной сибирской реки посёлок. А при нём порт, аэропорт, нефтебаза, склады всякие, погранзастава, небольшая воинская часть, школа, больница, клуб, даже бассейн – всё как положено! Посёлок немаленький – постоянного населения тысячи под три, а в навигацию с сезонниками и до пяти доходило.

Насчёт женщин не скажу, но местные мужики были…ммм…серьёзные ребята, многие с весьма приличным багажом за спиной и нетривиальными биографиями, про некоторых хоть статью в газету пиши: но не напечатали бы тогда, посколько статьи у этих некоторых в своё время были весьма впечатляющие, да обычно и не одна! Тёртый народ, одно слово! Суровый и немногословный, с такими лучше не ссориться. Не советовал бы я вам лично по крайней мере.

Все рыбаки, охотники. Причём многих я за настоящих охотников не считал – ну что это за охотник, который надуется спиртяги и палит во всё, что шевелится, надо ему мясо или не надо? Бессмысленное истребление живого, даже такого, что и есть нельзя: просто чтобы рядом не бегало и не летало. Дураки, короче! Но в глаза же таким это не скажешь?

Как-то в сентябре под конец навигации заплыл в посёлок тюлень. Редкое явление, что ему в реке делать. До моря километров сорок: наверное, предпринял он этот поход из чисто познавательных целей, перед друзьями потом похвастаться. Понырял у берега дня три, поизумлял народ, покидали ему детишки рыбки, а потом отправился перед самым ледоставом в море восвояси. Какие-то пьяные идиоты даже палили в него из спортивного интереса, но к счастью не попали. А через неделю он вновь появился.

И что тут выяснилось? У посёлка река пока безо льда, море пока чистое, а километров на десять ниже разветвление реки, где скорость течения совсем низкая, уже льдом прихватило. Видимо, не проплыть под водой до моря ему эти несколько километров! Вот и вернулся.

А морозы ночью уже капитальные стоят, покрывается льдом река, лишь у плавучей насосной станции пока полынья, да и та на глазах льдом зарастает. Там он и выныривает воздуха глотнуть. Уже почти как домашнее животное он стал, подкармливают его.

И решили как-то за вечерней выпивкой портовские крановщики ему эту полынью поддерживать. Разделились на утреннюю и вечернюю бригады, дважды в день выходят к насосной с пешнями и бензопилами и колют нарастающий лёд. А всё холодней! Иной раз и до полуметра нового льда в промежутке нарастает! Тяжело мужикам! И тут к крановщикам присоединились складские, потом аэропортовские, потом нефтебазовские, потом техучастовские, потом и врачи с учителями, потом и вояки с “ушей” свою будку для обогрева бригад подогнали и прожектор установили… весь посёлок, короче, кроме ментовских – тем, видимо, устав таким глупым и ненужным делом заниматься запрещает.

Вот так с сентября по май у поселковых мужиков появилось новое занятие: лёд резать и колоть. А ты поколи-ка, если он двухметровый, минус пятьдесят и полярная ночь! Но ничего, сдюжили!

А в мае, когда прошёл ледоход, тюлень Васька последний раз искушал мороженой ряпушки, покивал детишкам башкой и поплыл к себе в море домой. Вот его друзья, думаю, удивились и не могли поверить его рассказам “Как я провёл эту зиму”!

А мужики поселковые… до сих пор не могу понять, чудные они всё же люди или чудные – сами выбирайте, на какой букве ударение ставить!

А посёлок этот сейчас практически полностью убит и позаброшен. Вот такие дела!
Чудные люди
Фото – Сибирь

Print Friendly, PDF & Email