В конце июня министр образования и науки Ольга Васильева заявила свою позицию по необходимости унификации школьных учебников и сокращения общего количества серий (линеек) по основным предметам до двух-трех. И закипела работа… Эксперты из Российской академии образования, специалисты по профильным дисциплинам начали приводить не в меру расплодившиеся учебные пособия к единому знаменателю. Но параллельно, а точнее, в противовес, вели свою работу силы с прямо противоположными целями…

Недавно Ярослав Кузьминов, ректор одного из главных российских либеральных институтов – Высшей школы экономики, – объявил, что бумажному учебнику осталось жить не более пяти лет. Нашим реформаторам-обновленцам не дают покоя западные либерально-капиталистические концепции, согласно которым учебные пособия должны переехать в «облачные сервисы» интернета. Они намерены нивелировать не только функции учебника, но и роль современных учителей в образовательном процессе. В их «идеальном мире» школьники будут сидеть дома перед компьютерами и самообучаться по «модульному» принципу, а тьюторы-наставники будут лишь направлять и координировать их работу.

Оценка приобретенных детьми и подростками навыков и компетенций (а не фундаментальных знаний!) проводится в формате ECTS – Европейской кредитно-трансферной (Болонской) системы. Вместо пятибалльной шкалы – буквы и двузначные числа, а сами навыки трансформируются в «кредиты», которые должны отдавать ученики путем выполнения тестовых заданий. В отдельных регионах страны переход на новый формат уже состоялся, пока тихой сапой, но расширение процесса неизбежно.

Что-то непонятно? А чего еще можно было ожидать после добровольного влезания России в Болонские соглашения? За громкими лозунгами «адаптации к бурно развивающемуся миру» скрывается глобальная цель – превратить образование в раба транснацкорпораций. Государственные границы не должны быть помехой для модификации «человеческого капитала», следовательно – национальное образование является для глобализаторов не более, чем пережитком прошлого.

Васильева в своем программном тексте показала, что тонко чувствует описанные тенденции и прекрасно понимает, каким может стать новое российское общество при системе «образования без образования» (т.е. после внедрения самообразования), после окончательного ухода государства с этого «рынка».

Первейшая функция школьного учебника – социализация и культурная адаптация ученика. Психологи называют это «проекцией» и «идентификацией» – защитными механизмами, адаптирующими ученика младших классов к действительности. Дело в том, что начало обучения в школе сопряжено с психологически травмирующем состоянием – у ребенка просто нет готовых поведенческих схем для новых условий, его мозг постепенно подстраивается под изучение неизвестных дисциплин – арифметики, чтения и т.д., учится взаимодействовать с другими членами социума в незнакомой среде – вне родных стен.

И Васильева особо подчеркивает – речь идет о социализации маленького человека в родной культуре – «той, в которой ребенок родился и живет, которая его окружает, никакой иной для него до поры до времени просто не существует. Культура определяет происходящее по ее нормам (традициям) общение ребенка со сверстниками, взрослыми, с окружающим его миром, выстраивает отношения с природой, людьми, с самим собой. А системность в этот процесс привносит учебник. Он упорядочивает, обобщает взгляд на вещи, описывает, объясняет и фиксирует. Рисует запоминающиеся навсегда образы природы, народа, Родины. Хотите узнать, как гражданин той или иной страны видит себя и других, – откройте учебники, по которым он учился в школе».

Развивая мысль, Васильева раскрывает социализирующую, адаптационную роль учебника: «Вряд ли кто-то не согласится с тем, что школьный учебник являлся и является мощнейшим организатором многомилионной гражданской нации. Убери из детства наших детей эти единственные и на всю жизнь объединяющие их книги, и мы получим поколение, «выпавшее из контекста». Оно будет образованно, но не будет при этом носителем общих смыслов, общих представлений о героях и антигероях своего народа, своей страны. Они не смогут чувствовать себе гражданами, ибо гражданская совесть и гражданская ответственность – это чувства, прежде всего».

Чувствуете недвусмысленный намек от министра? Речь идет ни много ни мало о демонтаже национального суверенитета, остающегося последним серьезным барьером для глобализаторов.

Самообразовываясь в облачных сервисах, конечно, можно впоследствии стать гражданином – но только гражданином мира, а не своей страны, «космополитом безродным» – как тонко и понятно характеризовали таких людей в советские времена. Но если в СССР космополитизму объявили решительный бой, то сейчас российский народ, напротив, ускоренными темпами загоняют в огромную Болонскую резервацию.

Абстрактный мультикультурализм при отсутствии знаний национальной культуры, собственной истории, грозит нам всем превращением в Иванов, родства не помнящих. И это на самом деле очень серьезный глобальный вызов, который успели осознать многие т.н. евроскептики.

Мы видим, что в современном западном образовании учитель низводится до навигатора, если не сказать грубее – расширенного интернет-поисковика – только не с искусственным, а биологическим интеллектом. Его натаскивают на внушение обучающемуся, что последний должен как можно раньше перейти на «автономное обеспечение» на основании свободного выбора источников в интернете. О воспитательной функции учителя в «электронной школе будущего», увы, вообще говорить не приходится.

Образование всегда было частью социального инжиниринга. Вопрос в том, какие цели при этом преследуются. Если в советское время оно ставило себе задачу воспитания совершенного человека нового типа в совершенном обществе, получившую свое высшее развитие в романах-утопиях братьев Стругацких, то в эпоху диктатуры транснационального капитала у него противоположные цели – превратить большинство в малорефлексирующих биороботов.

Глобализаторы уже выстроили продуманную схему, согласно которой все участники образовательного процесса превращаются в сотрудников огромной корпорации. Учителя, бакалавры, магистры в ней всего лишь менеджеры среднего звена и топ-менеджеры, а на самом верху находятся главные заказчики и бенефициары – «хозяева денег» и «хозяева идей».

Это вовсе не многополярный мир, о неизбежности утверждения которого любят порассуждать наши дипломаты. Это будет серый мир без культурно-национальной идентификации, без любви к родной истории. И здесь проходит водораздел между патриотами и либералами. Для первых унификация учебников и, шире, сохранение традиционной образовательной литературы – вопрос выживания, суверенитета, гармоничного развития будущих поколений. Вторые же, напротив, как огня боятся единой линейки учебников, пытаются внушить нам относительность таких понятий как «Родина» и «патриотизм», игнорируют позицию консервативного большинства россиян. Ставки в этой кампании очень высоки, и генеральное сражение еще впереди.

Виктор Семенов
Васильева против либералов: битва за традиционный учебник
Фото – Ольга Васильева, сайт Минобрнауки