Сергей Иванов рассказал, что на самом деле стало причиной его увольнения и чем вызваны масштабные кадровые перестановки во власти.

– Сергей Борисович, вначале вопрос от «злых языков». Как вам в опале? Смотрю, кабинет у вас другой. Переселили?

– Да, кабинет новый. Но по размеру он не меньше, а даже, пожалуй, побольше предыдущего. Вы в прежнем тоже бывали, можете объективно сравнить (Сергей Иванов поменялся кабинетом со своим бывшим замом, а ныне главой президентской администрации Антоном Вайно, – Ред). Никакой опалы я не чувствую. И вообще с оптимизмом смотрю на то, что теперь я, наконец, могу заняться конкретными делами, которые люблю и которыми вообще-то давно занимался, но так, знаете, урывками.

Я находился на очень ответственных «горячих» постах с 1999 года. Был секретарем Совбеза, потом шесть лет министром обороны, потом первым вице-премьером, вице-премьером – еще шесть лет. В декабре 2011 года при Дмитрии Анатольевиче Медведеве я пришел в администрацию президента и возглавил ее. В мае 2012-го, когда Медведева на высшем государственном посту сменил Владимир Владимирович, у меня состоялся с ним разговор. Я сказал, что желательно, чтобы я проработал на этой должности четыре года. Обычный парламентский цикл, у нас парламент тогда раз в четыре года избирался. Это не значит, что у меня проблемы со здоровьем. Слава богу, все нормально, никаких проблем со здоровьем нет. Когда четыре года миновало, я напомнил Владимиру Владимировичу о нашей договоренности. Он сказал: я помню, я тебе обещал, но давай еще поработай немножко. И почти пять лет получилось. В августе я ушел с этой должности. Тогда было уже практически ясно, что парламентские выборы закончатся с тем результатом, с которым они закончились, хотя я, честно говоря, не ожидал такого высокого результата от «Единой России». Я думал, она получит процентов на 5-7 меньше.

– Я не понимаю: вы что, устали?

– Я не устал.

– Тогда в чем логика вашего ухода?

– Слушайте, 17 лет – это большой срок. Я прекрасно понимаю, что, скажем так, моя физиономия уже многим надоела, что в окружении Путина и вообще во власти надо менять людей, что нельзя бесконечно сидеть на одних и тех же должностях. И я знал, что вслед за мной последует еще масса других перемен кадровых. О наших договоренностях с Владимиром Владимировичем мы никому не говорили. И этого никто не мог предположить, так как внешних оснований действительно не было. Насколько я понял, и президент об этом сказал, претензий к моей работе в качестве главы администрации и на предыдущих должностях не было. Сейчас у меня работа, конечно, поспокойней.

«Мусор – это деньги»

– Вот эти направления – экология, транспорт, природоохранная деятельность – вы сами выбрали? Попросили президента создать «под вас» такую должность?

– Да. Мы советовались, обсуждали разные варианты. Помимо экологии и транспорта у меня есть еще много других поручений. Но это основное. В России для развития экономики существуют очень серьезные инфраструктурные ограничения. Хорошие дороги у нас стали появляться, но они почти все федеральные, в них в последние годы были вложены триллионы рублей. А вот с региональной и муниципальной сетью дорог – беда. Им, конечно, не хватает средств.

Скажу честно: у нас никогда не будет денег на полностью бесплатную дорожную сеть. До недавнего времени за пользование автомобильной дорогой у нас потребитель вообще ничего не платил. В результате сложилась такая ситуация, что наши промышленники на короткие расстояния – в 500 км – уголь и металл стали возить фурами, а не железной дорогой. Потому что за железную дорогу надо платить, а за автомобильную – не надо. И каким будет состояние автомобильных дорог, если по ним ездят 60-тонные фуры? Сколько было воплей и демагогии про «Платон», хотя такая система существует во всех развитых странах. Теперь, когда пошли деньги, и на них стали строить новые мосты и развязки, говорят, «да, вроде неплохо».

– Президент поставил перед вами какие-то стратегические задачи? Сказал: «хочу, чтобы на выходе стало так-то и так-то»?

– Нет, потому что мы реалисты. Все экологические и транспортные проблемы за один год и даже за пять лет не решить. Год экологии – это идея президента. Утвержден план, в нем больше 300 мероприятий на сумму в 194 миллиарда рублей, причем, 85% из них – средства частных компаний. По моей инициативе на первое место вынесена проблема утилизации бытовых отходов. Россия в этом смысле очень серьезно отстала от развитых стран. Количество нелегальных свалок у нас в разы превышает количество сертифицированных полигонов. В России нет ни одного современного мусороперерабатывающего завода. Такой завод сжигает с нулевым выбросом в атмосферу 90-95 % отходов, а от тепла, которое генерируется при сжигании, вырабатывается электроэнергия. Например, Швеция не только отапливает весь Стокгольм своим собственным бытовым мусором, но уже начала импортировать мусор из других стран. Надеюсь, в следующем году мы начнем строить два таких первых завода в Московской области. То, что мусор – это деньги, к сожалению, у нас пока понимает в основном криминал. Берут деньги за вывоз мусора на сертифицированный полигон, а везут не за 100 километров, а до ближайшего леса и вываливают. К чемпионату мира по футболу мы строим новый терминал в Шереметьево и третью взлетную полосу. Так при строительстве «взлетки» мы уткнулись в старую несанкционированную свалку на территории аэропорта.

экология

– И какова ваша задача: стучать палкой по голове Минприроды, чтобы мусор скорее вывезли?

– В данном случае я настучал палкой по голове Минтрансу, Минприроды и правительству Московской области, на территории которой эта свалка находится. К 1 января 2017 года в каждом регионе должны быть приняты (а в ряде регионов уже приняты) законы об утилизации, сортировке мусора и обращении с отходами. Регионы начнут нести за это ответственность.

Кроме мусора много других проблем. Воздух. В 10 российских городах состояние воздуха вызывает серьезную обеспокоенность. Вода. Она у нас до сих пор очищается хлоркой. Вот не дай бог что-то случится при транспортировке хлора автомобильным или железнодорожным транспортом. Кое-где в России уже внедрены безопасные электрохимические способы очистки воды. Еще одна проблема: моющие и чистящие средства, которые производятся в России, содержат фосфаты. А они при попадании в водоемы способствует размножению очень нехороших водорослей. Такое произошло на Байкале. Будем разбираться с этой проблемой.

Животный мир. Продолжим дальнейшее развитие национальных парков, особо охраняемых территорий. Тигра и леопарда мы уже хорошо распиарили, они красивые, на них деньги переводят.

«Не будет никакого министерства госбезопасности»

– Был слух, что вы возглавите новое супер-министерство госбезопасности, которое якобы собираются создать.

– Вот это стопроцентный фейк! Никакого Министерства госбезопасности не задумывалось и не будет. Могу это уверенно сказать. Классический образец того, как кто-то придумывает фейк, вбрасывает, а потом его долго комментирует. Это называется производство новостей за отсутствием настоящих новостей. Или желание привлечь внимание к себе или к какому-то изданию. Оно якобы разузнало от источников, близких к администрации президента. Для этого ума не надо, в любой фразе можно писать «по мнению достоверных источников в Кремле планируется то-то». Кто это проверит? Какие это источники?

– То есть создание такой структуры даже не обсуждалось?

– Нет. И это не нужно, я считаю. Достаточно тех силовых структур, которые есть. Они устоявшиеся. Разведка должна быть отделена от контрразведки. ФСО и Нацгвардия – это разные силовые структуры, у каждой свои задачи. В том, чтобы объединять их в одно супер-министерство никакого смысла не вижу. Вижу одни минусы. Но это, повторяю, фейк.

Дом правительства

«Президент не сторонник кадровой чехарды»

– С президентом часто общаетесь?

– Я остался постоянным членом Совбеза, поэтому как минимум каждую неделю мы видимся. Но если надо, он позвонит, я позвоню. Когда я был главой администрации, по много раз на дню приходилось общаться. Сейчас не так интенсивно, но контакт остался.

– Начавшаяся кадровая ротация во власти – это предвестник неких тектонических изменений или естественный процесс?

– Ничего революционного не произошло. Президент бережно относится к кадрам и не сторонник бессмысленной чехарды, когда люди меняются просто ради того, чтобы их поменять.

– Есть мнение, что кадровые перестановки во власти совершаются, чтобы отвлечь внимание народа от разных проблем, например, кризиса в экономике.

– Да, произошли определенные замены. Раз в пять лет сменился глава администрации, сменился спикер Госдумы. А вы считаете, надо раз в десять лет менять? В правительстве поменяли министра образования. Ничего тотального.

– Говорят, до выборов падение экономики изо всех сил сдерживали, а совсем скоро – как бабахнет!

– Что бабахнет? Если мы с вами будем разговаривать категориями «говорят», то я вынужден признать, что старый российский термин «одна баба сказала» имеет право на существование. Но это лучше не со мной обсуждать, я все-таки предпочитаю основываться на фактах и иногда на знании инсайдерской информации, но на то она и инсайдерская, чтобы ее публично не оглашать.

– То есть все хорошо будет с экономикой в 17-м году?

– Я никогда не говорил, что все хорошо. У нас очень много проблем, но тренд на успешное преодоление кризисных явлений очевиден. Парламентские выборы, на мой взгляд, показали: большая часть населения считает, что при всех проблемах выбранный властями курс правильный, поэтому и проголосовали за «Единую Россию».

Бизнесменов станут меньше прессовать

коллектор, кредит

– На Питерском экономическом форуме президент поручил вам разработать меры по защите бизнесменов от давления правоохранителей. Разработали?

– По поручению президента я продолжаю возглавлять временную рабочую группу, созданную еще больше года назад, по мониторингу и анализу правоприменительной практики в сфере предпринимательской деятельности. Первую порцию законов президент уже внес, они утверждены Думой. Это допуск нотариусов к арестованному бизнесмену, это ограничение срока, в течение которого следственные органы могут хранить изъятую у предпринимателя информацию. А то вынут из компьютера диск со всеми данными и держат по два-три, а иногда и по четыре года, пока следствие идет. Естественно, бизнес разваливается. Вот это мы уже преодолели.

Теперь мы предлагаем (надеюсь, это войдет в норму закона, который в ближайшее время президент внесет в Госдуму) внести изменения в статью 299 Уголовного кодекса «Привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности». Максимальное наказание за такие преступления увеличивается с 5 до 7 лет лишения свободы. А если заведомо невиновного человека обвинили в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления или причинили ему ущерб, превышающий 1,5 миллиона рублей, то срок наказания еще больше.

Ответственность правоохранителей также будет наступать в случае незаконного возбуждения уголовного дела с целью воспрепятствовать предпринимательской деятельности, либо из корыстной или иной личной заинтересованности. За это – от 5 лет до «десяточки».

Мы также предлагаем внести изменения в статью 151 Уголовно-процессуального кодекса и передать ведение предварительного следствия по всем делам, связанным с экономикой и предпринимательской деятельностью, от следственных органов внутренних дел следователям Следственного комитета. То есть полностью отобрать у МВД эту подследственность.

– В МВД больше нарушений?

– Больше. Я уж не говорю о последних известных делах. Народ, наверное, уже анекдоты слагает про полковника Захарченко.

– Можете прокомментировать эту историю?

– А что тут комментировать?!

– Раньше чиновников и силовиков отправляли в отставку по-тихому, без коррупционных скандалов. Почему громких арестов становится все больше?

– Это доказывает, что мы искренне пытаемся бороться с коррупцией и неприкасаемых нет. А воруют действительно миллиардами. Возьмем хотя бы банковскую сферу. Даже известный либерал Эльвира Сахипзадовна Набиуллина на встрече с президентом призвала его наконец что-то сделать, потому что наши лжебанкиры воруют десятками миллиардов, обманывают дольщиков, вкладчиков и, как говорят сейчас в народе, отъезжают. Взятки гладки. Банковский надзор, на мой взгляд, надо ужесточать. Некоторые так называемые банки – это помойки и отмывочные конторы. И люди не должны вестись на рекламу о том, что если ты в наш банчок придешь, то получишь заоблачный процент. Получишь ты полную потерю своих денег.

Источник