В скором времени вся промышленность страны будет работать по новым экологическим принципам об этом рассказал министр природных ресурсов и экологии РФ Сергей Донской.VII Невский международный экологический конгресс показал, что для всего цивилизованного мира экологическая безопасность сегодня является темой номер один среди национальных приоритетов. Россия не исключение. Более того, по мировому индексу экологической эффективности наша страна заняла третье место, обогнав США, Канаду и Великобританию. Но это, конечно, не значит, что все проблемы решены.
Сергей Ефимович, на конгрессе вы сообщили, что 65 процентов территории России не нарушены хозяйственной деятельностью. Это можно воспринимать как позитивную информацию?

Сергей Донской: Скорее как наши естественные преимущества перед многими странами, которые значительно больше урбанизировали территории. Хотя это и достижение тоже. Сегодня особо охраняемые природные территории вместе с региональными и местными объектами – это почти 12 процентов от общей площади страны. Это зоны, где решением государства введен режим охраны, ограничена или запрещена хозяйственная деятельность, проживание. Очевидно, люди живут как раз не в природных резерватах, а в городах. И здесь сохраняется низкое качество окружающей среды, прежде всего атмосферного воздуха и поверхностных вод, что напрямую влияет на условия жизни и здоровье людей. К сожалению, здесь цифры значительно хуже. И хуже всего – в сфере обращения с отходами. Сегодня рост образования отходов очень высок, а уровень утилизации отходов, их переработки и повторного использования – наоборот.

Потому что потребление растет, растут и отходы. Как с этим бороться?

С.Д.: С точки зрения госрегулирования, стратегического планирования необходимые решения приняты. Сейчас мы должны быть готовы выполнить их на практике. Я напомню: за последние три года мы приняли “Основы государственной политики в области экологического развития”, три госпрограммы и две федеральные целевые программы. Эти документы определяют основные принципы экополитики, устанавливают ключевые целевые показатели и механизмы их достижения. Принято более десяти федеральных законов и еще сто пятьдесят подзаконных актов для совершенствования экологического регулирования. Если обобщить, то целей четыре: снижение текущего негативного воздействия; сохранение и восстановление биоразнообразия; экологическая модернизация экономики; ликвидация прошлого экологического ущерба.

Прошлый ущерб – это свалки? Я знаю, было поручение об их ликвидации. Как сегодня с этим обстоит дело?

С.Д.: Мусорные свалки – это сегодняшние проблемы. С ними вопрос решается, и есть позитивные сдвиги. А прошлый ущерб – это проблемы, копившиеся годами, еще с советских времен. Это и объекты размещения отходов, как правило, промышленных, и промышленные объекты сами по себе, заброшенные заводы и фабрики, у которых нет собственника. Такие объекты мы инвентаризировали в прошлом году. В результате выявили по меньшей мере 340 таких “горячих точек” с накопленными промышленными загрязнениями свыше 400 млн тонн. К сожалению, в зоне влияния этих объектов проживают 17 миллионов человек.

Начиная с 2012 года мы приступили к последовательной и системной ликвидации этих точек. Основное внимание вначале уделяется арктическим территориям России, озеру Байкал как наиболее уязвимым с точки зрения сохранности естественных экосистем.

В самое ближайшее время мы начнем практические работы по ликвидации накопленных отходов Байкальского ЦБК. Уже разработана проектная документация, получено положительное заключение государственной экологической экспертизы. По результатам реализации “байкальской” ФЦП будет рекультивировано около 80% территории комбината.

В конце прошлого года мы утвердили новые проекты по ликвидации прошлого экологического ущерба в 14 регионах. По ним уже начата работа. В результате из зоны “горячих точек” будут выведены около 1 млн человек.

Идеально было бы не накапливать горы отходов…

С.Д.: Новые не накапливать… К сожалению, 340 “горячих точек” – это плохое наследство, еще с советских времен, нет собственника. Но системный механизм мы разработали, подготовили поправки в закон, направили в правительство в начале июня. Документ позволит выстроить единую финансовую и организационную модель по ликвидации старых загрязнений. Будет формироваться реестр объектов на федеральном и региональном уровне, чтобы ранжировать объекты. Будут законодательно прописаны четкие приоритеты и, соответственно, наиболее эффективная очередность работ по ликвидации.

Вы сказали, по свалкам работы ведутся и есть даже сдвиги в этом вопросе?

С.Д.: Мы выявили 110 тысяч мест незаконного складирования отходов. Вред почвам составил почти 6 млрд рублей. Сегодня только при помощи административных мер и судебных решений ликвидировано 72 процента таких свалок на площади более 30 тысяч гектаров.

Но все равно появляются новые свалки…

С.Д.: К сожалению, да, свалки – это только симптом, а настоящие причины – в отсутствии экономических стимулов для создания предприятий по переработке мусора. Нужно, чтобы это было выгодно делать. Принятый в прошлом году законопроект, поправки в закон об отходах, эти проблемы решает, не сразу, но системно и поступательно: мы вводим требования к производителям и импортерам товаров и тем самым создаем рынок, отрасль переработки отходов.

Выступая на Невском конгрессе, вы говорили и о загрязнении земель нефтепродуктами. Об этом время от времени публикуется информация, но какой-то подробной статистики нет…

С.Д.: Росприроднадзор такую работу ведет. Ежегодно объем разливов нефти составляет 19 с половиной тысяч кубометров. Больше половины в двух регионах – ХМАО и ЯНАО. Мы подготовили предложения по масштабной ревизии всех нефтепроводов с целью их замены. Кроме того, разработан закон о ликвидационных фондах для устранения негативных последствий добычной деятельности, восстановления нарушенной природной среды. <…>

Источник