Известный лингвист и философ – об освещении событий в России и том, как США оправдывают свои военные преступления.

Профессора Дэн Фалькон и Сол Айзексон встретились с Ноамом Хомским и побеседовали о самых злободневных вопросах, касающихся американской политики и массмедиа. Результаты их разговора в сжатом виде опубликовал сетевой журнал «Салон»:

«Дэн Фалькон: Недавно я переписывался с вашим добрым другом Ричардом Фальком, и мы обсуждали то, как в мусульманском мире преломляются либеральные идеи. Взять, к примеру, хорошее и полезное дело – образование девочек-мусульманок – и то, как этому противостоят талибы. Это важно, но про это почему-то говорят без учёта того влияния, которое на этот вопрос оказала наша внешняя политика – и преступления. Поможете мне разобраться с этим?

Ноам Хомский: Возьмём, к примеру, образование талибов, вышедших из пакистанских медресе, деятельность которых финансировал наш важнейший союзник, Саудовская Аравия, при поддержке администрации Рейгана – в рамках поддержки Пакистана как орудия в войне против русских. США пытались «замотать» СССР в Афганистане, и цель этого чётко указал начальник резидентуры ЦРУ в Исламабаде: на освобождение Афганистана нам было, по сути, наплевать, главное – убить побольше русских. Поэтому-то США и поддерживали самого кровавого диктатора Пакистана – генерала Зия Уль-Хака, ему даже позволили разработать ядерное оружие.

Рейгановцы делали вид, что ничего об этом не знали. Это, конечно, неправда. Заодно их действия привели к радикальной исламизации пакистанского общества, ведь саудиты не только самые радикальные фундаменталисты из правящих в исламском мире режимов (и наши союзники при этом), но и миссионеры, к тому же очень богатые. Они вливают большие деньги в строительство мечетей, религиозных школ. Отсюда во многом и родился «Талибан».

На самом деле это ещё не самое худшее. Посмотрите всерьёз на историю того периода, когда русские ушли из Афганистана: они оставили за собой правительство Наджибуллы, вполне разумное в том, что касается большинства вопросов. Если говорить о женщинах, то в городах – в том же Кабуле – они могли жить гораздо свободнее, чем когда-либо с тех пор. Но советская помощь кончилась, а США не переставали поддерживать моджахедов, которые в массе своей были религиозными экстремистами и фундаменталистами – из тех, кто обливает женщин кислотой за «неправильную одежду». Они победили, взяли Кабул, разгромив его при этом. И правили так отвратительно, что народ поначалу приветствовал талибов, когда они пришли.

Такова история. Да и потом было много всего неприятного. Вспомним историю Малалы Юсуфзай: она рассказывает об этом обществе кланов и воевод, которое появилось благодаря США.

Д. Ф.: Так что мы одной рукой поддерживали бандитов…

Н. Х.: Отчасти это было осознанным решением администрации Рейгана, отчасти – просто высокомерным невежеством. Заниматься переустройством общества, о котором мы ничего не знаем, и в итоге оказаться, пусть и невольно, на стороне криминальных элементов, которые к тому же используют нас в своих интересах…

Д. Ф.: Я помню некоторые ваши выступления после событий 11 сентября 2001 года. Вы тогда отмечали, что очень много похвалы получают авторы, которые называют единственным недостатком Америки нехватку желания реагировать на преступления других…

Н. Х.: Это продолжается и сейчас. Например, на симпозиуме, организованном «Ближневосточным журналом» – одним из более открытых, критических и профессиональных изданий, – обсуждали тот хаос, который творится на Ближнем Востоке, и задавались вопросом: что можно было сделать лучше в прошлом, чтобы стабилизировать регион?

А простите, откуда взялся весь этот хаос в Ираке и Ливии? Его принесли мы. Какая уж тут стабилизация? Интересно, что когда читаешь комментарии по поводу ядерного соглашения с Ираном, то видишь, например, статью Питера Бейкера в «Нью-Йорк таймс». Он говорит, что Ирану верить нельзя, он дестабилизирует Ближний Восток… а главным среди его преступлений называет то, что он поддерживает ополчения, которые убивали американских солдат.

То есть, когда мы вторгаемся в страну и уничтожаем её, это стабилизация, а если кто-то защищает себя – это дестабилизация. И это проявляется даже в популярной культуре – взять, например, этот мерзкий фильм «Американский снайпер». Посмотрите при случае: книга, конечно, ещё хуже, но тут в первой же сцене герой убивает (с гордостью) женщину с ребёнком, который взял в руки гранату, когда на его город напали американские морпехи. Ну да – это монстры, дикари, мы их убиваем, и все аплодируют. А «Нью-Йорк таймс» на полосе «Культура» рассказывает, какой это замечательный фильм. Поразительно.

Сол Айзексон: Стивен Коэн считает, что мы ближе к войне с Россией, чем когда-либо со времён Карибского кризиса. Вы не считаете, что он слишком серьёзен по поводу кризиса на Украине?

Н. Х.: Нет, не считаю. Смотрите: правительство, которое там установилось после переворота, и парламент почти единогласно высказались за то, чтобы добиваться членства в НАТО. Как отметил Коэн и многие другие, это совершенно неприемлемо для любого руководства России. Это всё равно как если бы Организация Варшавского договора захватила Южную Америку и к ней хотели бы присоединиться Мексика и Канада. Так что всё плохо.

Интересно, как при этом говорят о Путине. Может, всё тот же упомянутый мною «Ближневосточный журнал» недавно говорил о поддержке позиции США по Украине и кто-то вполне серьёзный сказал, что против будут разве что КНДР, «Исламское государство» и Стивен Коэн. Выступать против американской политики в отношении Украины – значит самому облить себя дёгтем и обваляться в перьях. А то и нарваться на угрозы от этих сталинистов.

С. А.: Он говорит, что мы на грани новой холодной войны.
Н. Х.: Это серьёзно. Посмотрите, Горбачёв согласился на объединение Германии и даже на то, чтобы бывшая ГДР вошла в НАТО. Поразительная уступка, если вспомнить историю. Но было условие за условие: НАТО «не должно расширяться на Восток ни на сантиметр» (то есть восточнее Германии).
Россия была в ярости, когда это нарушили. Но американцы сказали, что это было лишь устное обещание – а раз вы, дескать, были настолько глупы, что поверили нам на слово, то это ваши проблемы. Потом пришёл Клинтон, и НАТО дошло до границ России. Теперь уже под вопросом и Украина, которая для России имеет важное геостратегическое значение – и дело не только в исторических связях.

С. А.: И про это так мало говорят в США – в прессе, я имею в виду.

Н. Х.: Очень мало, а если говорят, то чёрт-те как. Я имею в виду, только и слышишь про то, что Путин сошёл с ума. <…> Я всё понимаю, его можно любить или не любить, но его позиция совершенно понятна.

Источник

Print Friendly, PDF & Email