В российской столице 27-29 апреля побывали представители группы «Старейшин» («The Elders») — организации независимых лидеров, в основном, бывших глав государств, созданной в 2007 году по инициативе борца с апартеидом и президента ЮАР Нельсона Манделы. Члены этой организации, как говорится в официальном документе «Старейшин», «поставили свои опыт и влияние на службу миру, справедливости и правам человека».

В делегацию «Старейшин», приехавших в Москву, вошли председатель этой организации, бывший генсек ООН Кофи Аннан, бывший премьер-министр Норвегии Гру Харлем Брундтланд, бывший президент США Джимми Картер, бывший президент Финляндии Марти Ахтисаари, бывший министр иностранных дел Алжира Лахдар Брахими и экс-президент Мексики Эрнесто Седильо.

«Старейшины», как говорится в пресс-релизе их представителей, «обеспокоенные усиливающимся международным противостоянием и ростом геополитической напряженности», 29 апреля провели переговоры с президентом России Владимиром Путиным.

Помимо встречи с главой российского государства, «Старейшины» провели переговоры с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым, бывшим президентом СССР Михаилом Горбачевым и бывшим российским премьером Евгением Примаковым, а также руководителями ведущих московских исследовательских центров.

Сразу после встречи с Владимиром Путиным, которой визит «Старейшин» в Москву и закончился, бывший президент США Джимми Картер дал эксклюзивное интервью «Голосу Америки». С ним беседовали глава бюро «Голоса Америки» в Москве Дэниел Шерф и московский корреспондент Русской Службы «Голоса Америки» Данила Гальперович.

Дэниэл Шерф: Господин президент, вы только что закончили встречу с президентом Путиным. Что вы можете рассказать нам о ваших переговорах, в частности, по вопросам, касающимся Украины, и насколько вы удовлетворены результатами разговора?

Джимми Картер: Да, мы только что провели два с половиной часа с президентом Путиным, а также министром Лавровым и другими советниками. Мы остались довольны, потому что все представители власти, с которыми мы здесь общались, ясно говорили, что российская сторона очень хотела бы увидеть полное выполнение Минских договоренностей, которые были выработаны совместно Россией, Украиной, Францией и Германией. И у меня не осталось сомнений в том, что Россия действительно хотела бы видеть ситуацию урегулированной во всех аспектах. Так что, собственно, нужно решить лишь одну задачу — выполнить Минские договоренности.

Дэниэл Шерф: Какова ваша оценка намерений президента Путина и его стратегии по отношению к Украине? Что бы он хотел получить, прежде чем вывести войска и перестать оказывать военную поддержку боевикам?

— Нет никаких признаний того, насколько я знаю, что у президента Путина есть войска или оборудование в восточной Украине. Его позиция такова, что есть группы людей, которые там живут и воюют по своим причинам, и он не признает никакое российское участие в этом.

Дэниэл Шерф: Когда Советский Союз вторгся в Афганистан, вы ввели жесткие санкции против Москвы, вооружив афганское сопротивление и приостановив усилия по контролю над стратегическими вооружениями. Сейчас, как, во всяком случае, говорит НАТО, российские войска есть на востоке Украины, и президент Обама ввел санкции против России, но не стал поставлять никакого оружия в Украину. Также ясно, что действие, например, Договора о сокращении наступательных вооружений, который был заключен им с Москвой, будет продолжаться. Важно ли было бы для Запада вооружить Украину, и должна ли администрация США рассмотреть вопрос о приостановлении действия Договора СНВ?

— Я бы очень хотел, чтобы отправка оружия на Украину была прекращена, как Киеву, так и востоку Украины. Я надеюсь, что президент Обама не будет посылать оружие.

Дэниэл Шерф: Но в прошлом году вы высказались за то, чтобы поставлять оружие Украине. Вы больше так не считаете?

— Нет, не считаю, и, я думаю, никто из «Старейшин» не поддерживает отсылку туда вооружений. Военные поставки в форме нелетального оборудования — это то, что я сказал год назад, и тогда была действительно серьезная проблема с этим конфликтом. Я думаю, что есть разница между поставками вооружений и снабжением в виде, скажем, палаток или чего-то подобного.

Данила Гальперович: Москва говорит, что Вашингтон использует вопрос Украины для размежевания европейских лидеров и России, в частности, оказывает давление на них с тем, чтобы они не приезжали на памятные мероприятия в честь 70-летия победы во Второй мировой войне сюда, в Москву. Вы сейчас общаетесь с вашими европейскими коллегами. Как вы полагаете, справедливы ли такие претензии?

— Когда мы обсуждали эту и другие проблемы с президентом Путиным сегодня, он не высказал никакого беспокойства относительно того, что Вашингтон заставляет европейские страны действовать вопреки их собственным интересам. Он всего лишь выразил уверенность в том, что по многим из этих вопросов проводились плотные консультации между США и европейскими странами. Но я бы не стал как-либо умалять самостоятельность, независимость, свободу или суверенитет любой европейской страны, утверждая, что США могли бы подталкивать их к тому, чтобы приезжать или не приезжать на парад. Я думаю, что решение остается за ними самими.

Данила Гальперович: С другой стороны, российские лидеры обхаживают европейских политиков, которые выступают против сильных связей Европейского Союза с Соединенными Штатами. Пытается ли, по-вашему, президент Путин вбить клин между странами Европы и между Европой и США?

— Я сам был президентом, и мне приходилось решать многочисленные проблемы. Я полагаю, что любой суверенный лидер будет делать то, что наиболее отвечает интересам его народа. И если у президента Путина есть особые отношения, например, с Францией и Германией и нет особых отношений, скажем, с Великобританией — я не думаю, что в этом есть что-то неправильное. Я был очень горд, когда увидел, что Франция и Германия, практически независимо от США и других стран, инициировали и организовали Минские договоренности, которые, я считаю, являются лучшим путем разрешения украинской проблемы в долгосрочном плане.

Источник

Print Friendly, PDF & Email