Падение в течение 7 лет объёмов добычи нефти в Югре региональная власть называет объективной реальностью. Однако возможна реализация и другого сценария.

В опубликованном на днях на официальном сайте правительства ХМАО-Югры пресс-релизе об итогах развития автономного округа за прошлый год с красноречивым названием «Ситуация в экономике и социальной сфере Югры по итогам 2014 года позитивна» в числе прочего одним абзацем говорится об извлекаемом «чёрном золоте»:

«Добыча нефти составила 250,5 млн тонн, что на 1,8% ниже уровня 2013 года. С 2008 года в регионе сохраняется наметившаяся динамика снижения добычи нефти в среднем на 1,5 % в год. Снижение связано с объективными изменениями в структуре извлекаемых запасов месторождений, с недостатком ресурсных мощностей из-за постепенного истощения старых месторождений и замедления темпа ввода в эксплуатацию новых».

Любопытно, что правительственная статистика не соответствует данным Департамента по недропользованию ХМАО-Югры, которые отражают ситуацию еще плачевнее: в 2014 году на территории автономного округа добыто 250,3 млн. т нефти, что на 1,9% (-4,7 млн. т) меньше добычи в 2013 году.

Заслуживает внимания ещё один важный факт из данных окружного Департамента по недропользованию: по итогам прошлого года на долю Ханты-Мансийского автономного округа – Югры приходится 47,6% общероссийской нефтедобычи. Отметим, что с 1978 года нефтяники Югры обеспечивали более половины объемов добычи нефти в нашей стране, теперь же тихо и без фанфар впервые за последние 37 лет эта доля оказалась ниже 50% и, судя по всему, продолжит сокращаться.

В 80-е годы в автономном округе добывали свыше 300 млн. тонн нефти ежегодно. До 1982 года происходил неуклонный рост добычи по региону, затем наблюдался период стабильной добычи до 1988 года, а с 1989 года началось падение годовых уровней как по ХМАО, так и по России в целом, которое продолжалось до 1996 года. С 1998 года наступила вторая волна роста годовой добычи нефти в округе. В 2007 году годовая добыча нефти в ХМАО достигла рекордных в постсоветский период 278 млн тонн. Большую роль в увеличении добычи нефти в этот период сыграло уплотнение эксплуатационной сетки скважин — как путем разбуривания разведанных запасов, так и путем бурения горизонтальных скважин, боковых стволов и проведения ГРП.

С 2008 года рост прекратился, и годовые уровни начали плавно снижаться. В опубликованной в 2014 году научной работе «Перспективы нефтедобычи в ХМАО-Югре» директор НАЦ РН им. В.И. Шпильмана Александр Шпильман и заведующий отделением мониторинга разработки нефтяных месторождений Игорь Толстолыткин указывают причины такого снижения:

«В результате ухудшения качества ресурсной базы, снижения дебитов скважин по нефти, роста обводненности продукции годовые уровни добычи нефти по округу перестали расти, и началось их плавное снижение. (…) Очевидно, что традиционные технологии снижают свои возможности для роста добычи. Поэтому нужны новые технологии нефтедобычи, которые должны базироваться на глубоких фундаментальных исследованиях. Но внедрение этих технологий в жизнь сдерживается из-за сложившейся к настоящему времени законодательной и нормативной практики. Мы используем нормативные документы прошлого века, а нам необходимо внедрение новых технологий проектирования разработки месторождений. (…) При применении инновационных технологий за 10–15 лет можно бы было стабилизировать добычу нефти в Югре на уровне 250 млн тонн в год».

В автономном округе закончилась легкая нефть, с добычей которой связано сегодняшнее процветание Югры. В результате многолетней эксплуатации многие месторождения ХМАО, в том числе одно из крупнейших в стране Самотлорское, в значительной степени (на 80 — 90%) выработаны и обводнены. Однако, по мнению ученых, это вовсе не приговор, но сложившееся в нефтедобыче Югры положение может быть улучшено только на путях инновационного развития отрасли. Инновации являются одним из средств, которые можно противопоставить ухудшению сырьевой базы добычи, росту обводненности продукции, снижению дебитов скважин. Это подразумевает серьезное научное сопровождение разработки, глубокое изучение керна и пластовых флюидов.

образцы керна

Но кто должен заниматься внедрением этих инноваций? По данным того же окружного Департамента по недропользованию, по итогам прошлого года лидирующие места по добыче нефти в ХМАО-Югре принадлежат трем компаниям: ОАО НК «Роснефть» (39,6% от общего объема), ОАО «Сургутнефтегаз» (21,3%) и ОАО НК «ЛУКОЙЛ» (18,4%). Каждая из этих компаний свои главные инвестиционные проекты в сфере нефтедобычи реализует вне автономного округа: «Роснефть» — на Ванкорском и Верхнечонском месторождениях в Восточной Сибири, а также на Уватской группе месторождений на юге Тюменской области, осваивает морской шельф (Карская морская нефтеносная провинция и в Охотском море у берегов Сахалина); «Сургутнефтегаз» разрабатывает пять новых месторождений в Якутии, в ближайшую четырехлетку планирует там ввести в эксплуатацию еще четыре; «ЛУКОЙЛ» в качестве значительного потенциала роста нефтедобычи рассматривает Тимано-Печерскую нефтегазоносную провинцию и Северный Каспий. Реальность такова, что к настоящему времени в ХМАО-Югре не осталось «якорной» нефтедобывающей компании, как, например, «Башнефть» в Республике Башкортостан.

Впрочем, некоторые меры по изменению ситуации в автономном округе предпринимают. Например, выходят на федеральный центр с инициативами о повышении рентабельности малых и средних нефтяных компаний. В России они добывают только 5% отечественной нефти, а в США, например, 40%. Но как малая компания может конкурировать с большой? Для этого нужны, во-первых, изменения в налоговом законодательстве, во-вторых, инновационная поддержка. Эксперты отмечают: учитывая высокую себестоимость добычи нефти на мелких месторождениях, их ввод в разработку без предоставления государственных льгот маловероятен: при существующем налогообложении интерес могут представлять только месторождения с объемами запасов более 5 млн тонн.

Источник: “Энергетика и ЖКХ”

Print Friendly, PDF & Email