Наблюдатели, особенно западные, отмечают одну «болезненную особенность», которая в дни Олимпиады, обострилась. Выпуски новостей федеральных телеканалов очень много цитируют западную прессу — отзывы о Сочинской Олимпиаде.
Россия слишком зависима от того, что о ней думают, — цинично замечают обозреватели иностранных агентств, а некоторые из них заходят еще дальше в оценках происходящего: России нужно разобраться со своими психологическими проблемами…

Мы не стали обращаться к психоаналитикам, а задали вопросы одному из опытных устроителей спортивных праздников в нашем регионе — Главе Нефтеюганского района Владимиру Семёнову, который хорошо известен в спортивных кругах именно как радушный хозяин престижнейшего шахматного турнира, организатор международных соревнований по вольной борьбе и ряда других соревнований.

В.Семёнов. Не секрет, что всегда одной из задач любого крупного турнира было и будет поднятие престижа территории, на которой проходит данный спортивный праздник. И нет никакого противоречия в том, что сам турнир проводится именно для жителей, которые могут воочию пообщаться со своими кумирами. Сочинская Олимпиада во многом и затевалась для того, чтобы мир открыл Россию такой, какова она есть на самом деле.

Сочинская олимпиада во многом и затевалась для того, чтобы мир открыл Россию такой, какова она есть на самом деле.

Мы заплатили большую цену, чтобы иметь возможность разговаривать напрямую — давайте узнаем друг друга без посредников, поверьте, мы не такие коварные и ужасные, какими нас видят ангажированные журналисты.

Кор. Времена, когда журналисты были агитаторами и пропагандистами прошли, сегодня журналистика больше коммуникативная функция…

В.Семёнов. Вы меня никогда не убедите, что не существует политический либо социальный заказ, который определяется, по меньшей мере, редакционной политикой, но это совсем другая тема, я же говорю о том, что журналистика по определению субъективна. Любому человеку, чтобы понять что-то о стране, и хоть немного приблизиться к её пониманию, надо самому приехать, увидеть, пообщаться с жителями. И нам действительно катастрофически не хватает внимания и понимания. О России судят по нашим политикам, спортсменам, по тому, что пишут про нас их собкоры, и еще — по нашим туристам. Каждый из нас ощущает некую дистанцию между реальностью и тем, как нас воспринимают в мире.

И нам действительно катастрофически не хватает внимания и понимания. О России судят по нашим политикам, спортсменам, по тому, что пишут про нас их собкоры, и еще — по нашим туристам. Каждый из нас ощущает некую дистанцию между реальностью и тем, как нас воспринимают в мире.

Именно поэтому возникает болезненное ощущение, что мы «не такие как все».
К нам мало приезжают. И не потому что у нас нечего посмотреть, а потому что это… как бы нормальное положение вещей, мы же не провозгласили себя туристической Меккой. Мы долгие годы были закрыты, а потом еще долго не ставили перед собой цели привлекать к себе внимания, перед нами всегда стояли более насущные проблемы.
И ничего удивительного, что мы пока представляем мало интереса для европейца либо американца, мы все еще закрытая и загадочная Россия. Мы долгие годы не стремились распахнуть двери, отдавая на откуп собственный имидж тем, кто делает репортажи из России — это к вопросу об объективности ваших коллег — журналистов…

Кор. Но ведь не журналисты принимают законы, которые вызывают бурную реакцию за рубежом и которые не прибавляют нам популярности, не журналисты запретили усыновлять американцам наших сирот…

В.Семёнов: Неужели вы всерьез думаете, что простой американец или датчанин знают об этих наших внутренних правовых нормах и сильно этим взволнованы? Это никого не касается и, по большому счету, не умоляет ни чьих интересов. Более того, сделайте опрос среди самих россиян — знают ли они об этих юридических тонкостях, и вы будете сильно удивлены — люди живут совсем другими заботами и интересами. Чего уж говорить об иностранцах!
Все это политиканство и раздувание проблем с совершенно определенными целями. Но это не значит, что мы такие однозначно хорошие, а нас почему-то не любят… Давайте признаемся — да, у нас есть много чего, что следует изменить, за что действительно стыдно — это и коррупция, и социальные проблемы, и дороговизна, и зачастую какое-топодростковое отношение к соблюдению норм и законов… Но это проблемы молодого общества, нас еще вчера трясло революциями, кровавыми конфликтами… дайте нам несколько десятилетий спокойной жизни!
Отсюда и эта наша застенчивость — что о нас подумают иностранцы. «А ведь, правда же, мы здорово провели Олимпиаду!».
В этой необъективности к нам, которая сплошь и рядом, коренится и наша недавняя болезненная реакция на нелестную оценку со стороны журналистов CNN памятника защитникам Брестской крепости. Последовало выступление МИДа, раздались голоса принять какие-то законы… Да кто такие журналисты CNN? Эта чрезмерная реакция вовсе не на бестактный репортаж, а на всю традиционную политику, которую проводят западные СМИ по отношению ко всему российскому.
Поэтому я всегда говорил и повторюсь: переоценить Олимпиаду в Сочи невозможно. Её польза для России не измеряется даже теми невероятными суммами, которые вложены в спортивные сооружения и инфраструктуру края. Олимпиада взяла на себя задачу восполнить всё то, что мы упустили за последние годы в отношениях с миром: открыть миру другую, настоящую Россию — привлекательную, порой неразумно щедрую, иногда не знающую границ своим эмоциям, но самобытную и неповторимую.

Вопросы задавал Антон Хуторян.