Сынгаевский Аркадий Филиппович,
руководитель следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Ханты-Мансийскому автономному округу — Югре:
«По итогам работы за год наше управление, на мой взгляд, добилось определенных успехов. Мы направили в суды больше 900 уголовных дел, а нужно исходить из того, что всего в штате Следственного Управления 80 следователей. По нашим показателям, которые внутриведомственные, мы стабильно занимаем на территории УрФо, скажем так, первую-вторую позицию. Далеко не самое плохое управление. Были на протяжении года у нас и несколько громких уголовных дел, некоторые до настоящего времени находятся у нас в производстве. Мы за практику взяли, в течение 2011 года и продолжаем эту практику – на регулярной основе руководство Управления выезжает в различные территории округа. В первое время мы старались посетить крупные города, крупные центры, но уже взяли за практику выезжать в какие-то небольшие поселки, в небольшие города. Стараемся побывать везде, где присутствуют наши следователи и даже где их нет – чтобы повстречаться с населением, послушать какие-то жалобы, может быть, не столько в адрес Следственного Управления, а сколько люди жалуются в целом, но, абсолютно, какие-то бытовые проблемы. Где-то у кого-то водопровод прорвало, а власть на это не реагирует. Где-то, допустим, в доме, не знаю, какие-то недоделки, переделки, плесень у кого-то – почему? Просят разобраться».

Журналист
«Всегда очень интересно простому обывателю узнать, что за громкие дела, потому что, к сожалению, говорят о том, что не раскрывается, а о том когда что-то раскрывается – не так часто говорят».
Сынгаевский А.Ф
«Вот мы закончили в прошлом году, поскольку год только начался. В прошлом году нами было расследовано и направлено в суд уголовное дело в отношение сотрудников Федоровского поселкового отдела милиции. Чем они занимались? Во- первых, подбрасывали наркотики, во-вторых, склоняли лиц, скажем так, люди брали на себя вину за совершение тех преступлений, которые они не совершали. Но тем самым, сотрудники милиции тогда еще, повышали определенный процент раскрываемости, где-то премии за это получали. Но и незаконно привлекали этих лиц к уголовной ответственности. У нас были уголовные дела, мы направили в суд, уголовное дело по обвинению мэра города Нягани. Находились дела в производстве и в отношении судьи, в отношении сотрудников милиции, УФСИНа, глав муниципальных образований или должностных лиц».

Журналист
«Сейчас очень много говорят о коррупции в милиции, в полиции, в правоохранительных органах она присутствует. Какие действия предпринимаются по её, скажем так, ликвидации».
Сынгаевский А.Ф
«Ни для кого не секрет, да, в этих органах она присутствует. Какие действия? У них работает управление собственной безопасности – раз. Второй момент: у нас граждане в последнее время занимают такую активную жизненную позицию и стараются о некоторых фактах сообщать либо нам в Управление в каких-то жалобах и обращениях, приходят на прием. Мы тоже реагируем. Мы читаем средства массовой информации, где-то там проскакивают такие факты. Совместно с органами полиции работаем, работаем с сотрудниками Федеральной Службы Безопасности. К сожалению, не всегда у нас всё получается. Но методично, целенаправленно мы, потихоньку, избавляемся от коррупционеров. Было возбуждено у нас 195 уголовных дел во, как раз, по коррупционным составам. Основную массу мы уже направили в суд. Часть уголовных дел пока находится в производстве. Но, уходят в суд уголовные дела. Это наказуемо для тех сотрудников, которые в текущий момент, находясь на определенной должности, как раз злоупотребляют своими полномочиями. Вот для этих сотрудников – да, это наказуемо».

Журналист
«А если он на пенсии?».
Сынгаевский А.Ф
«На пенсии? Ну если он находится на пенсии, занимается каким-то бизнесом, как вы сказали, а ему покровительствуют. То тоже надо разбираться: за счёт чего покровительствуют? Если он какие-то вознаграждения передаёт, то несут ответственность и как взяткодатель и как взяткополучатель, то есть действующий сотрудник, сотрудник бывший, находящийся на пенсии. Но он уже не как сотрудник, а просто как обычное физическое лицо. Но я таких фактов не встречал, чтобы кого-то где-то покрывали».

Журналист
«С какой целью вы приехали в Нефтеюганск? Что сегодня здесь проходило?»
Сынгаевский А.Ф
«Приём граждан. На протяжении, я уже говорил, прошлого года, в этом году. Существует приказ председателя Следственного Комитета, в соответствии с которым мы должны выезжать на территории, встречаться с гражданами. Очень много таких случаев, я не скажу, что на территории ХМАО, а на территории России, когда люди не могут достучаться до власти. Люди не могут донести свои проблемы и, соответственно, их решить. Вот пример типичный: станица Кущевская. Что там? В соответствии с теми сведениями, о которых в СМИ сообщалось, что там творилось – никто, якобы этого не знал. Но, дабы избежать таких фактов, мы выезжаем на территории, беседуем с людьми. Вопросы, вообще, различные. Абсолютно разные направления: начиная с гражданского права, трудовые споры, где-то, допустим, какие-то бытовые проблемы у людей возникают. Приходят с жалобами на решения, допустим, дознавателей, органов внутренних дел. Приходят с решениями судов. Помогаем, где-то советом, где-то говорим, какую жалобу куда лучше направить. Сами, иной раз, отбираем какие-то заявления, отправляем в органы прокуратуры, органы внутренних дел. Вот сегодня состоялся приём. Шесть человек было на приёме. Пришли, в том числе выражали несогласие с действиями наших следователей, следователей следственного комитета. Я вернусь в Ханты-Мансийск, там уже разберёмся, более подробно изучим документы. В целом, никому не отказываем в приёме. Работаем до последнего посетителя. Сколько бы ни было людей – принимаем абсолютно всех».

Журналист
«Работа сотрудника следственного комитета, следователя – насколько она престижна, насколько она почетна? Что она для вас значит? Такой лиричный вопрос».
Сынгаевский А.Ф
«Престижна? Тяжело мне судить, насколько она престижна. Единственное что я могу сказать – это очень ответственная работа. Тяжелая работа. У нас же как привыкли? Придти с заявлением и надо чтобы сиюминутно вопрос был решен. На самом деле следствие не любит суеты. Мы пытаемся в максимально короткие сроки разобраться с этим заявлением. Поэтому….Даже не знаю. Застали вы меня с таким вопросом врасплох! Престижно? Наверное, лучше об этом спросить людей: насколько престиж сотрудников следственного комитета в их глазах? Но со своей стороны мы стараемся вникнуть в любую проблему, оказать максимальную помощь. Мы понимаем, что за нами люди, у людей какая-то беда, какое-то горе. Мы пытаемся пропустить вот это всё через своё сердце. Потому что, на мой взгляд, если ты будешь работать без души, какого-то положительного результата не добьешься. Сразу, почему-то, вспомнил те случаи: у нас же очень много, на самом деле, в округе случаев сексуального насилия в отношении детей. Не зря председатель Следственного Комитета и в средствам массовой информации, и с трибуны в Государственной Думе об этом постоянно говорит, поднимает эту проблему. Большое количество и сексуального насилия и просто насилия в отношении детей. Вот эти вещи иногда даже снятся. Вот, буквально, вчера два заявления к нам поступило. Были совершены преступления в отношении детей 9-ти и 12-тилетнего возраста. Я точно не расслышал, по-моему, вчера Государственная Дума как раз занималась вопросами химической кастрации педофилов. Не готов говорить на эту тему. Не знаю, какое они решение приняли, еще не успел ознакомиться, но это инициатива председателя Следственного Комитета Александра Ивановича Бастрыкина. Он к этому шёл, его Президент поддержал. И, наверное, это правильно. Более того, вот этот всплеск насилия в отношении детей, наверное, подвиг каким-то образом, пересмотреть подследственность которой мы занимаемся. С 1-го января текущего года, преступления совершенные несовершеннолетними и в отношении несовершеннолетних передали от органов внутренних дел – к нам, в Следственный Комитет. Теперь этими преступлениями занимаемся мы».